Книга Ремонту не подлежит, страница 56 – Лорен Форсайт

Бен задумчиво похрустел кукурузными чипсами.

— По-моему, Ники даже не представляет, чем мы занимаемся. Для нее все сводится к деньгам или славе. А мы создали приложение для подростков, испытывающих проблемы с психическим здоровьем. Мы предлагаем им различные виды поддержки. Работаем во благо людей, понимаешь? Да, деньги тоже не помешают – тогда мы сможем развить бизнес, создать другие приложения, – но мы изначально занялись этим вовсе не для того, чтобы разбогатеть и стать знаменитыми. А Дилан… чем больше он с ней общается…

— Забывает об изначальной цели? – подсказала я, но Бен покачал головой.

— Нет, не в этом дело. Он просто… из кожи вон лезет, притворяясь таким, каким она хочет его видеть.

И, видимо, у него плохо получается.

— Что ты имеешь в виду?

Бен поморщился, и по его лицу я поняла, что внутри него разыгрывается борьба. Предает ли он друга, раскрывая личные подробности его жизни совершенно незнакомому человеку, или помогает бизнесу получить необходимую поддержку?

— С другими было лучше, – начал он, покрутив вино в бокале. – Другие были нормальные. Он вел себя идеально с их родителями, посылал цветы без повода. Он все делал по учебнику, как любят девушки, но на самом деле Дилан просто любит радовать окружающих. Естественно, в конце концов он уставал соответствовать собственному идеальному образу: или девушки начинали слишком на него давить, или у него случался плохой день и они своего парня просто не узнавали. Но с новой девушкой цикл начинался снова. А потом появилась Ники… – продолжал Бен. – У нее же богатая семья, воспитание, она инфлюэнсер и привыкла к роскоши. Цветами за полсотни ее не проймешь. И он начал больше тратить, оплачивать с кредитки путешествия первым классом. Потом мы переехали из маленького офиса в подвале в это шикарное здание на берегу реки, Дилан начал носить дизайнерские костюмы и называть себя «основателем технологического стартапа».

Я скривилась.

— То есть он влез в долги.

Бен разглядывал столик.

— Наверное, да. Мне за него тревожно. Мы дружим много лет, но в последнее время он, кажется, перестал справляться. Пока не появилась ты, я никогда не видел, чтобы он огрызался на людей.

— Я… видимо, чем-то спровоцировала его, – ответила я. Преуменьшение века. – Ничего, я справлюсь.

Бен кивнул и забарабанил по столу.

— Ты об этом хотел поговорить? О его привычке угождать и кредитах?

Бен закатил глаза. У него был виноватый вид.

— Похоже, сегодня я раскрываю секреты направо и налево. Разве хорошие друзья так поступают?

— Не вини себя, – ответила я, привлекая его внимание. – Ты кажешься мне хорошим другом, заботишься о своем приятеле и его бизнесе. К тому же, это и твой бизнес тоже. Все, что ты скажешь, останется между нами.

— Он бы не хотел, чтобы я тебе рассказывал.

— А это как-то повлияет на сделку с инвесторами?

— Возможно, это объяснит, почему Дилан сомневается. – Бен замялся. – И раскроет его отношение к стартапу в целом.

Я жестом велела ему продолжать, подперла рукой подбородок и глотнула вина, внимательно глядя на Бена.

— Изначально в «Пасхалке» был Дилан и еще один разработчик, Питер. Кажется, это Питер привел его в программисты, помог ему выучиться. У Дилана была идея приложения, с которой он носился с тех пор, как бросил университет…