Книга Ремонту не подлежит, страница 116 – Лорен Форсайт

Я медленно выдохнула и потерла лоб.

— Эрик, эта история с Диланом и Ники…

— Знаю, тебе неловко, и ты, наверно, чувствуешь себя странно и хочешь отменить сделку. Но они так влюблены. По телефону она только о нем и говорила. Она очень счастлива. И он тоже. Скоро презентация, все идет в точности, как ты планировала.

Не уверена.

Но Эрик был прав: в соцсетях Ники с Диланом представали самой красивой и влюбленной парой Великобритании. На одной фотографии он лежал в кровати голый выше пояса и с нарочито растрепанными волосами, а рядом стоял поднос с завтраком. Кажется, он последовал моему совету и перестал думать и волноваться, подходят ли они друг другу. Дилан снова притворялся идеальным бойфрендом, и мне бы радоваться… но меня это убивало.

— Ну если без меня правда никак… – пробормотала я, с испугом предвкушая его ответ.

— Умоляю, Али!

Я впервые слышала, чтобы Эрик говорил так искренне. Еще никогда он не был настолько уязвимым.

— Что ж… можно подумать, после такого я могу не согласиться. Ты применил тяжелую артиллерию.

Он с облегчением вздохнул и рассмеялся.

— Ладно. Выезжаем в четверг.

— Если я возьму еще отгул, Феликс меня убьет.

— Не убьет, и знаешь, почему? – ответил Эрик. – Тебе положен отпуск, ты не являешься руководящим сотрудником и, вообще-то, у тебя тоже есть право на личную жизнь! Если Феликс хочет, чтобы ты не вставала из-за рабочего стола по выходным и праздникам, надо было поощрить тебя, когда был шанс.

Я выпрямилась. Эрик дело говорил.

— Ты прав. Спасибо. Да! Ладно, мы здорово повеселимся. Глэмпинг с инфлюэнсершей! Будет что рассказать внукам, да?

А еще у меня появится возможность поговорить с Ники наедине и раз и навсегда покончить с этим делом. Пусть сама организует свою помолвку.

— Правнукам! – рассмеялся Эрик, вдруг воодушевившись. – Так, я иду по магазинам. Мне точно нужен новый костюм.

Через два дня я сидела на крыльце, ждала, пока Тола с Эриком за мной заедут, и пролистывала соцсети. Мама звонила шесть раз, а было только утро. Про сообщения молчу – я их не открывала. Рана еще слишком сильно болела и, по правде говоря, мне было даже приятно злиться на маму. Хотелось, чтобы ее наказание продлилось дольше.

Я раз за разом пересматривала фото Ники и Дилана в постели с подносом для завтрака. Они влюбленно улыбались. Что-то не давало мне покоя, но что? Может, фильтр какой-то странный или это фотошоп?

И вдруг я поняла: на шее Дилана не было медальона со святым Христофором. С тех пор, как его мама умерла, я ни разу не видела его без этого медальона. А Ники сказала, что он ей не нравился, мол, не вписывается в ее личный бренд. Так может, для Дилана все по-настоящему и он на самом деле нырнул в омут с головой? Отбросил все сомнения, как я ему и сказала? Тогда мне надо радоваться победе.

Дилан хотел, чтобы мы снова стали друзьями, как в детстве, но я так не могла. Я нуждалась в личном пространстве, расстоянии между нами. Мне требовалось время понять, как вести себя с ним в этой новой реальности. Как не выдать себя, если он снова станет моим Диланом. В этот раз нельзя допустить, чтобы он стал самым важным человеком в моей жизни.

Лучше сохранять дистанцию, вести себя как профессионал и не позволять ему подобраться слишком близко.