Книга Порочная клятва, страница 186 – Ева Эшвуд

Вот и все.

Мы все возвращаемся к своим мотоциклам и снова садимся на них.

До границы остается всего полчаса или около того, и к тому времени, как мы добираемся туда, мои нервы на пределе. Хорошо, что я могу сосредоточиться на мотоцикле, и я правда сильно благодарна Рэнсому за то, что он предложил такой способ добраться сюда. Если бы мне пришлось сидеть в машине с такими нервами, я бы сейчас была готова выпрыгнуть из окна.

Мы далеко не единственные, кто пытается попасть в страну. Очередь на прохождение контрольно-пропускного пункта разделяется на несколько отдельных очередей, каждая из которых обслуживается разными пограничниками.

Мы с ребятами разделяемся, как и планировали.

Пока что все шло нормально, но по мере того, как очередь продвигается вперед, в моем мозгу начинают возникать всевозможные идеи о том, что может нас ждать, когда мы доберемся туда, и худшая из них – внезапная вспышка уверенности в том, что Оливия перехитрила нас и будет со своими людьми поджидать нас в засаде.

Но я избавляюсь от этого негатива. Мы знаем, что она отслеживает наши передвижения, пытается выяснить, где мы были и куда направляемся, но, несмотря на все ее ресурсы, она всего лишь старуха, а не агент ЦРУ. И если уловка Виктора вообще сработала, она должна думать, что мы сейчас направляемся в Лос-Анджелес, а не к мексиканской границе.

Наконец, я добираюсь до пограничника. Делаю глубокий вдох и останавливаюсь, стараясь вести себя спокойно, как будто постоянно занимаюсь подобными вещами.

Пограничник – женщина, которая выглядит так, будто предпочла бы сейчас находиться где угодно, только не на работе. Она берет мое удостоверение и просматривает его. Я снимаю шлем, чтобы она могла видеть мое лицо, и она кивает.

— Причина визита? – бормочет она.

— Просто небольшой отпуск, – отвечаю я, пожимая плечами, стараясь, чтобы мой тон оставался непринужденным. – Я скоро заканчиваю колледж и хочу увидеть хоть что-то, прежде чем меня прикуют к рабочему месту. – На последнем слове я корчу гримасу, и женщина фыркает, понимающе кивая.

— Да уж, и не говорите. Как долго собираетесь оставаться?

— Всего неделю, – отвечаю я. – Единственное время, которое я смогла урвать.

Краем глаза я замечаю, как Мэлис приближается к своему пограничнику. Он выглядит совсем по-другому со спрятанными татуировками и темной щетиной на лице, но я узнала бы его где угодно.

Пограничник смотрит на его удостоверение, затем снова на Мэлиса, и лицо мужчины слегка хмурится.

У меня внутри все переворачивается.

Черт. Неужели он его узнал?

Громкий шум в очереди позади Мэлиса привлекает всеобщее внимание. Раздается машинный гудок, а после пронзительно и визгливо лает собака. Пограничник, проверяющий Мэлиса, хмурится, приподнимается, чтобы посмотреть, в чем дело, а затем машет Мэлису, мол, проходи, и возвращает удостоверение.

Я едва борюсь с собой, чтобы не вздохнуть с облегчением, а сердце слегка сжимается, когда я снова перевожу взгляд на женщину передо мной.

— Приятного путешествия, – говорит она, возвращая мне мой поддельный паспорт и махая рукой, чтобы я проезжала.

Я снова надеваю шлем и качу мотоцикл вперед. Руки немного дрожат.

Проехав границу, я увеличиваю дистанцию, заставляя себя ехать еще какое-то время. Мне отчаянно хочется вернуться, чтобы проверить, как там Рэнсом и Вик, убедиться, что с ними все в порядке, но я не могу привлекать к ним внимание. Или к себе.