Книга Прекрасные дьяволы, страница 77 – Ева Эшвуд

А у меня так не выходит. У меня слишком много… проблем. Слишком много всякого дерьма на плечах, которое давит и удерживает меня. Поэтому, как бы сильно мне ни хотелось прикоснуться к Уиллоу или увидеть ее, кончающую из-за меня, я бы не смог.

В приемнике потрескивают помехи, и я выбрасываю эти мысли из головы.

Сосредоточься.

У нас есть работа, которую нужно сделать.

Пальцы одной руки барабанят по ноге. Я считаю промежутки между вдохами. Мы слушаем Гэлвина, держась поближе к его движущейся машине. За рулем его водитель – ну естественно, – а сам он сидит на заднем сиденье и обсуждает какую-то сделку.

— Если получится ее заключить, то все пойдет как надо, – доносится из приемника его голос. – Тогда можно будет все поменять. Только нужно получить пару-тройку подписей на бланках, и работа начнется. Их бухгалтеры по какой-то сраной причине задерживают процесс.

Для меня все это просто скучная бизнес-болтовня, ничего интересного, но это неважно. Видимо, Икса это очень даже интересует, раз он дал такое задание.

Мы выезжаем на пустую дорогу, набираем скорость, и сигнал начинает пропадать, голос Гэлвина становится хриплым из-за помех, будто плохо настроенное радио.

— Надо подъехать ближе, – говорю я Мэлису.

— Работаю над этим, – отвечает он, после чего выезжает на полосу прямо за машиной Гэлвина, по-прежнему сохраняя некоторое расстояние между автомобилями, но постепенно приближаясь.

Я слегка поворачиваю колесико настройки на приемнике, а затем киваю, когда из динамика снова звучит четкий и ясный голос Гэлвина. Похоже, сейчас он ругает бухгалтеров в целом, так что мы не так уж много упустили.

Нам нужно наладить сигнал, чтобы можно было слегка отстать и не бояться, что он заметит слежку. Я начинаю возиться с устройством, которое дал нам Икс, как вдруг внутри машины Гэлвина происходит какая-то вспышка. Такая яркая, что ее видно даже через тонированные стекла.

Салон автомобиля начинает заполняться дымом, и машина резко сворачивает.

— Что за…

— Ох, черт…

В приемнике раздаются крики, а затем запись обрывается.

Машина Гэлвина снова сворачивает влево и врезается в разделительную полосу. Затем переворачивается и приземляется прямо на нашей полосе.

— Черт!

Мэлис нажимает на тормоз, но уже поздно. Мы едем слишком быстро, и все происходит, кажется, в одно мгновение. Мы врезаемся прямо в остов машины Гэлвина. Звуки скрежещущего металла и бьющегося стекла наполняют уши.

Удар сильный, и мое тело дергается, когда ремень безопасности туго натягивается на торсе. На мгновение я чувствую шок, часто моргаю, голова идет кругом.

Я чувствую себя почти так же, как когда отец держал мою голову под водой, и его приглушенный голос твердил мне о том, как найти в себе силы переносить боль. У меня гудит в ушах, но я слышу, как кто-то говорит, однако звук такой же приглушенный, недосягаемый.

На мгновение я снова становлюсь тем испуганным мальчишкой. Легкие горят. Я борюсь с необходимостью глотать воздух, мою голову удерживает кто-то больше и сильнее меня. Просто считаю секунды и бешеный стук своего сердца, пока мне снова не разрешат дышать.

Затем чья-то рука опускается мне на плечо и настойчиво трясет.

— Вик? Вик! Виктор!

Это Рэнсом, он выкрикивает мое имя. Я моргаю, стряхивая с себя оцепенение, хотя в ушах у меня все еще звенит.