Книга Прекрасные дьяволы, страница 76 – Ева Эшвуд

Я переплетаю пальцы, стараясь не краснеть и не думать о том, что Мэлис делал со мной наверху или как я поцеловала Рэнсома в уборной.

— Да, я думаю, так и было, – говорю я ей.

— Значит, все это того стоило. – Оливия берет меня мягкими и сухими пальцами за руку. – Не вешай нос, дорогая. Ты была великолепна сегодня, и я очень горжусь тобой.

— Спасибо, – снова бормочу я.

Она улыбается мне в последний раз и поворачивается, направляясь обратно в музей. Я иду тем же путем, что и парни, к парковщику, чтобы попросить его подогнать мою машину.

Отъезжая, я вижу, что братья Воронины тоже ретируются, и сердце слегка сжимается. Не знаю, когда увижу их снова, ведь после сегодняшних событий у меня не будет никакого повода. Это должно принести облегчение. Я не должна хотеть находиться рядом с ними.

Но вместо этого я чувствую, как в моем сердце образуется зияющая пустота.

Когда Мэлис отъезжает от музея и начинает следовать за автомобилем Гэлвина, я бросаю взгляд на руль. Брат держится на достаточном расстоянии, чтобы мы не потеряли цель из виду, но и не приближается настолько, чтобы Гэлвин или его водитель могли заметить слежку.

Мне кажется, что между нами должно быть расстояние еще в одну машину, но я прикусываю язык и ничего не говорю.

Когда мы куда-то отправляемся вместе, я предпочитаю быть за рулем. Рэнсом и Мэлис, конечно, прекрасные водители, но я просто ненавижу ездить с ними, когда кто-то из них ведет машину. Они слишком непоследовательны, и меня это бесит.

Мэлис управляет автомобилем, руководствуясь эмоциями: давит педаль в пол, когда злится, и резко тормозит, когда в настроении поиздеваться, а Рэнсом – просто любитель острых ощущений. Он постоянно выходит за рамки допустимой скорости, но без того тщательного контроля, что есть у меня.

Но на данный момент наиболее разумно, чтобы Мэлис был за рулем. Я должен использовать свои технические навыки, чтобы настроиться на жучок, который мы прикрепили на Гэлвина, и убедиться, что запишется все, что он скажет в течение следующих нескольких часов, как нам и велел Икс.

Рэнсом сидит на заднем сиденье, он снял галстук и расстегнул первые пару пуговиц на рубашке. Его каштановые волосы растрепаны, будто он ерошил их руками.

— Так какого хрена там сегодня случилось, Мэл? – cпрашивает Рэнсом, и Мэлис что-то бурчит себе под нос. – Вот только не надо, – настаивает Рэн. – Я видел тебя и Уиллоу на втором этаже. Ты че, реально думаешь, что открытие нового крыла в пафосном музее – подходящее место для таких вещей?

— Никто ничего не видел, – возражает Мэлис.

— Может и нет, но судя по твоему напрягу, ты мог бы с тем же успехом нагнуть ее и трахнуть прямо там.

— Вообще-то я об этом думал.

Рэнсом фыркает.

— Ну, само собой. Слушай, если будешь продолжать давить на нее слишком сильно, ты ее просто спугнешь. Очевидно, она не настроена на публичные развлечения, особенно когда рядом ее бабушка.

Мэлис только хмыкает.

— Уиллоу сильная, – парирует он. – Она справится.

— Я знаю, что она сильная. Но в последнее время она прошла через много дерьма. Ты не знаешь…

— Тихо, – говорю я, прерывая их спор. – Я получаю сигнал.

Я сжимаю в руке приемник. Мне не нравится тревожное чувство в животе. Это раздражение, но с примесью чего-то похожего на ревность. Мэлис сегодня хотел Уиллоу. Хотел прикоснуться к ней, трахнуть ее, чтобы убедиться, что она не забудет его и то, что он с ней делает. Поэтому он взял то, что хотел, ведь брат всегда так поступает.