Книга Жестокие сердца, страница 146 – Ева Эшвуд

Я сижу верхом на нем, а Мэлис тем временем наблюдает со стороны, руководит, и от этого мне становится лишь лучше.

— Расскажи мне, каково это, – требует Мэлис, и это снова привлекает мое внимание к нему. Теперь он стоит на коленях на кровати, и когда прижимается ко мне сзади, жар его тела обжигает меня.

— Очень хорошо, – выдыхаю я. – У него такой большой, такой толстый член. Я никогда не привыкну к тому, как сильно он меня растягивает.

— Через минутку получишь еще, – бормочет он. – Я хочу, чтобы ты была влажной и готовой для меня. Вик, помоги ей. Поиграй немного с ее клитором. С ее сиськами. Ты знаешь, что сводит ее с ума. Наверняка делал заметки с того самого первого раза, когда увидел, как она кончает.

Вик облизывает губы, а затем подчиняется. Ласкает руками мою грудь, тискает ее в ладонях, а после переходит к соскам. Щиплет их, крутит.

Острая боль пронзает меня насквозь, и я тихо всхлипываю.

— У Рэнсома столько пирсинга, – говорит Вик, сильнее сжимая соски. – Может, как-нибудь сделаем и тебе такой же, мм, мотылек? Может, прямо здесь.

От этих слов я вся теку. Мэлис был прав – его брат точно знает, что сводит меня с ума. Виктор провел больше времени, чем кто-либо из них, наблюдая и запоминая, как мое тело реагирует на каждое прикосновение. Я почти уверена, что он мог бы довести меня до оргазма сотней разных способов, даже не прикасаясь к моему клитору.

— Мне бы это понравилось,– шепчу я в ответ.– Но только если вы все будете там. Мне понадобится кто-нибудь, чтобы… ах! … отвлечь меня от боли.

Одна из рук Вика скользит вниз, отчего у меня перехватывает дыхание. Его пальцы касаются того места, где наши тела соединяются, скользят по скользкой коже, будто он хочет сам почувствовать, насколько сильно я растягиваюсь вокруг него. На его лице почти благоговейное выражение, и я, не отрывая от него взгляда, замедляю свои движения, чтобы он мог прочувствовать все.

— Мы будем там, – обещает он. – Поможем тебе украсить это великолепное тело. Тату и пирсингом, которые будут переливаться на свету. Ты станешь хаосом во плоти.

Пока он говорит, кончики его пальцев находят клитор, и в голове у меня становится пусто. Пальцы Вика такие умелые. Он действует с той же сосредоточенностью, которую обычно использует в жизни. Медленно массирует клитор круговыми движениями, возбуждая меня еще сильнее.

— Ох, боже. Это так приятно, – стону я. – Вик, пожалуйста.

— Мне нравится, как беззастенчиво ты умоляешь, – говорит Мэлис. – Мы дадим тебе все, что ты захочешь, солнышко.

Я открываю рот, чтобы сказать ему, как многого хочу прямо сейчас, но прежде чем успеваю, чувствую, как что-то прохладное и скользкое касается моей задницы. Мышцы инстинктивно напрягаются, а живот трепещет.

— Дыши, – приговаривает Вик. Затем протягивает свободную руку, чтобы коснуться моего лица. – Помнишь тот раз с Мэлисом и Рэнсомом? Просто дыши со мной так, как ты делала тогда. Будь со мной.

Я киваю и делаю судорожный вдох, затем еще один.

— Хорошая девочка, – хвалит Мэлис. – Вот так.

Вик продолжает двигать пальцами, поглаживая клитор, пока я медленно насаживаюсь на его член. Анальный секс – менее знаком мне, нежели вагинальный, но я начинаю привыкать к нему и даже любить. Анус растягивается иначе, не как киска, и эти ощущения совершенно новые, но тоже доставляющие удовольствие. Мэлис засовывает палец в заднее отверстие.