Книга Династия Скоген, страница 120 – Каролин Валь

И я устал. Отчаялся. Лишился сил.

При этом у меня было столько идей.

Покончить с этим. Построить что-то новое, возможно, связанное с походами. «КОСГЕН» много инвестировал. Во всевозможные проекты.

Но теперь все эти мысли исчезли, словно их не было.

Внезапно я вспомнил Элли, наш разговор, ее желание и решительность и почувствовал себя самым большим предателем в мире, снова возвращаясь к своей роли. Просто так. Потому что именно так я всегда и делал, когда возникали трудности.

Потому что так меня научили. Меня тошнило, но вместо этого я расправил плечи и натянул искусственную улыбку.

— Ладно, – ответил я, не сомневаясь больше и секунды. – Я согласен.

— Вот теперь все, – простонала я и провела рукой по лбу, глядя на простую деревянную мебель передо мной как откровение. После долгих трех дней мы наконец-то собрали всю мебель. Благодаря брату Ады, дедушке, а также Лиаму и его трем друзьям из Осло. Снаружи раздался гудок автомобиля, но я редко слышала что-то более прекрасное. Словно музыка для ушей. Возбуждающее. Другое. Начало. Или конец?

И в то же время я чувствовала глубокую тоску. Хотя я уже почти восемь недель не видела Сандера, он занимал все мои мысли. Куда бы я ни шла и что бы ни делала, он был рядом со мной.

Мое сердце напоминало осколок. Но я все же старалась не обращать на это внимания. Улыбка оставалась сияющей, настроение по-прежнему радостным. Только когда я бывала одна, по вечерам в своей комнате или на улице, меня иногда накрывало. Пусть не было ничего плохого в проявлении своих чувств, мне не хотелось этого делать. Я старалась не поддаваться чувству жалости к себе и не думать о том, что я все потеряла, а Сандер не стал сражаться за нас. Хотя я и попыталась привлечь его внимание и выкрикнула его имя. Он не остановился. Но его ли это вина? Ведь это я ему соврала.

Однако рано или поздно мое сердце все равно бы разбилось. И что тогда?

Хуже всего было то, что он повсюду оставил о себе воспоминания. О его присутствии. О смехе. О его открытой и приветливой манере общения. О его уме и остроумии. Словно Сандер прошелся маркером по моей жизни и везде написал свое имя. Я провела еще два треккинг-тура, но они были серыми и туманными, мрачными и холодными. Троллтунга на рассвете без Сандера была похожа на зияющую круглую дыру в моей груди.

— Теперь мы готовы? – глаза Ады медового цвета светились возбуждением, в лучах осеннего солнца, проникающего в гостиную через широкое окно, они напоминали диско-шар из янтаря. – О. Мой. Бог. Мы сделали это!

— И все равно я едва могу поверить, что Нора на самом деле это сделала, – заметил Лиам, обнимая Аду за плечи, и моя подруга тут же покраснела. Из помощников с переездом остался только он один, все остальные уже уехали. Я довольно осмотрела нашу тихую гостиную. Большой темно-серый угловой диван, деревянный обеденный стол с черными стульями, простыми комнатными растениями в красивых плетеных вазах, придающими всему нотку уюта.

— Нора тебя слышит, потому что стоит рядом. Нужно бы тебе поработать над манерами, Торесен.

— В последнее время я скучал по твоему острому сарказму.

— Вы когда-нибудь подружитесь? – вздохнула Ада. Она собрала свои длинные темно-рыжие волосы в небрежный пучок, напоминающий гнездо. От девушки исходила чистая радость жизни, смешанная с нежной влюбленностью, которая даже на мой взгляд была слишком прекрасна.