Книга Счастливая случайность, страница 161 – Макс Монро

Я знаю. Ментально я не в порядке. Но вся моя карьера ободряет и поощряет присутствие в моей голове необузданных голосов, так что я не уверена, что есть смысл ожидать чего-либо другого.

Из одного приложения я перехожу в другое и пролистываю группу «Нью-Йоркские Песики», снова пытаясь отыскать наводку на ту бордер-колли.

Столько времени прошло, что я уже не слишком на что-то надеюсь, так что пролистываю без особого энтузиазма, но когда чей-то новый комментарий доходит от моих глаз до мозга, я громко ахаю.

Вот же, вот же черт!

Я перечитываю комментарий еще раз, теперь уже медленно, чтобы проверить, схожу я с ума, или все-таки нет.

Элла Роуз: Я ее нашла! Ее папа живет в Верхнем Ист-Сайде и водит ее на прогулку в парк каждое воскресенье, потому что это его единственный выходной. Но сегодня он взял отгул и пришел! Кажется, я его напугала, когда к нему подошла, но как только я объяснила ситуацию, он согласился дать мне свой номер, чтобы вы, ребята, могли с ним связаться! Напиши мне в директ, БрукиКуки, и я перешлю тебе его номер! Ты только не забудь, что просто ОБЯЗАНА дать нам знать, что случится, когда твой песель снова ее увидит!

Мне требуется вся моя выдержка, чтобы удержать свои жизненные показатели в норме, дабы Бенджи не понял, что я что-то замышляю, но я это делаю, потому что должна. Я не могу его обнадеживать, пока не буду знать наверняка, что он снова ее увидит, а этого я не узнаю, пока действительно не свяжусь с ее хозяином.

Я загоняю в себя воздух через нос, выпускаю его через рот и якобы небрежно кликаю на имя комментатора, чтобы написать ей в директ.

Насколько я вижу краем глаза, Бенджи смотрит прямо вперед, ни о чем не подозревая.

Мои пальцы слегка трясутся, пока я набираю сообщение, на девяносто процентов состоящее из заглавных букв, и нажимаю «отправить». Поскольку я не ожидаю, что ответ придет сразу же, и уж явно не в состоянии вынести дополнительных эмоциональных американских горок, прежде чем этим утром окажусь в эфире, я блокирую экран телефона и убираю его в сумочку, прежде чем откинуться на спинку сидения.

«Блин, до чего же дикие выдались эти двадцать четыре часа», – думаю я, качая головой.

И пускай мне бы очень хотелось просто сидеть и мечтать о том, как Бенджи снова увидит свою возлюбленную бордер-колли – или о том, как твой возлюбленный признается тебе в своей вечной любви и поцелует тебя так, словно от этого поцелуя зависит его жизнь, – я знаю, что должна сосредоточиться.

Следующая остановка: «Хорошего дня, Сан-Антонио!» с Дебби Диггер.

Горло дерет, когда я сажусь и хватаюсь за грудь. Такое ощущение, что у меня всю ночь был рефлюкс, глаза жжет, а голова как не своя, вероятно, после гаргантюанской головной боли.

Я плохо представляю себе, что было после той скамейки на Набережной, но, мне думается, я должен был по крайней мере идти на своих двоих, потому что две мили – это очень большое расстояние, так что вряд ли кто-то размеров Брук смог бы меня столько протащить.

И все же я в самом деле ничего не помню.

К счастью, несмотря на то, как неважно ощущает себя мое тело, мне действительно гораздо лучше. Что бы там ни сшибло меня с ног, оно, похоже, уже ушло, и я готов поставить на то, что душ в этих обстоятельствах существенно улучшит мое состояние.