Книга Влюбленный, страница 75 – Луна Мейсон

— Роза! – Возглас сестры вытаскивает меня из задумчивости.

Ева откидывает свои каштановые волосы, неодобрительно глядя на бокал в моей руке. Я молча смотрю в ее ярко-голубые глаза. Может, она и младше меня на два года, но сейчас она единственная, кто помогает держаться на плаву.

— Роза, ты же вроде бросила пить? – спрашивает она, уперев руки в боки. Сестра, вероятно, больше взяла от итальянских корней отца.

— Бросила, – отвечаю я, пожав плечами.

У меня нет оправданий. Это единственный знакомый способ справиться с болью. На следующий день после ухода из дома Луки я откупорила бутылку водки. Он будто знал: я не успела выпить, поскольку в дверь постучала доктор Дженкинс, и мы провели двухчасовой сеанс.

Даже когда Луки нет со мной, он за мной присматривает.

Ева грустно улыбается и садится рядом.

— Мы можем не идти, если ты не хочешь, – напоминает она, сжимая мою руку. Я ставлю бокал на мраморную столешницу.

— Нас ждет дядя Фрэнки. Он вчера ясно об этом сказал. Помнишь слова про единство? – со вздохом возражаю я. Бывают такие дни, когда я ненавижу быть частью такого образа жизни.

— Уверена, дядя нас поймет. Он любит нас как родных дочерей.

Сестра отодвигает бокал подальше от моей руки.

— Пф-ф, так вот почему он всадил отцу пулю промеж глаз? – шепотом интересуюсь я.

— Серьезно? Мы обе его терпеть не могли. И ты всегда хотела оказаться подальше, помнишь? Дядя Фрэнки оставался рядом, пока мы были детьми. Ну, пока папа не прогнал его. Дай ему шанс, сестренка. – Ева хлопает ресницами. – Хотя бы ради меня.

— Ладно.

Я сколько угодно могу притворяться, будто злюсь на него за убийство отца, но дело вовсе не в этом. Мне обидно, что он фактически бросил нас с сестрой.

Он был самым лучшим дядей, самым веселым. Тем самым дядей, который сжег бы весь мир, если бы узнал о том, что со мной сделал Данте.

— Я имею в виду, что он заплатил за этот уютный особняк для нас. И он похлопотал, чтобы тебя восстановили в колледже. Он хочет загладить свою вину.

Я еще дальше отодвигаю от себя бокал с шампанским, Ева замечает это и посылает мне широкую улыбку. Каждый день я делаю выбор: напиться или противостоять. Как бы то ни было, но я все-таки справляюсь, даже без Луки. Я больше не хочу проходить через пытки синдрома отмены. Сестра похлопывает меня по руке.

— Обещаю, что не оставлю тебя. Это всего лишь один вечер, ну, одна свадьба.

Мой желудок проваливается в пропасть.

Дядя Фрэнки настаивал, чтобы мы поехали на свадьбу Луки и прекрасной итальянской мафиозной принцессы Марии Капри. Я даже не знаю дату, поскольку сразу же выкинула приглашение.

— Со мной все будет в порядке, – вру я.

Это заново разобьет мое сердце. За три месяца, прошедшие с момента нашей последней встречи, Лука ни на минуту не выходил у меня из головы.

Я не могу вытравить из памяти его внимательные зеленые глаза, его мужественный голос, его обращение ко мне – «тесоро».

Я скучаю по нему.

Он был первым мужчиной, который меня выслушал. Я рассказывала ему свои самые мрачные секреты, а он просто слушал. Он помог мне снова поверить в себя.

Его терпение позволило мне изменить свою жизнь.

А теперь приходится сидеть с натянутой улыбкой и наблюдать за тем самым единственным мужчиной, который вернул мне веру в себя, и его новой невестой. Мне хотелось оказаться на ее месте.