Книга Влюбленный, страница 135 – Луна Мейсон

— Зачем ты изнасиловал меня? – выдавливаю я.

— Скажем так, твой отец кое-что забрал у меня. Поэтому было справедливо забрать что-то взамен. Тебя. И тебе ведь это понравилось, я все помню. На груди у меня до сих пор следы от твоих ногтей. Скоро тебя проверят и приведут в порядок, и я возьму тебя снова. Буду брать каждую ночь, до самой твоей смерти.

— Задыхаюсь… – выдавливаю я.

Он отпускает меня, и я отшатываюсь назад.

Легкие горят, поэтому я хватаюсь за грудь, пытаясь расстегнуть платье, чтобы ослабить облегающую ткань.

— Ненавижу тебя! Я никогда тебя не полюблю!

Он нависает надо мной, а его глаза темнеют.

— А я всегда буду рядом, чтобы мучить тебя всю оставшуюся жизнь.

Уцепившись за кресло, я поднимаюсь на ноги, а затем, пошатываясь, обхожу его стороной и иду прочь.

У меня сжимается горло, пульс стучит в ушах, а когда я поднимаю взгляд, все вокруг сливается в одно размытое пятно.

Комната покачивается, когда я падаю на прохладное кресло. В глазах все плывет.

Бармен протягивает стакан скотча. Я наваливаюсь на стойку и наблюдаю за разговором Данте и Розы.

Кровь закипает, когда он обнимает ее за талию. Я хватаюсь за стакан, представляя, будто это его шея. Требуется приложить усилие, чтобы не подойти и не сделать это по-настоящему. Рядом со мной появляется Мария, но я продолжаю смотреть на Розу.

— Что там происходит? – Голос Марии заставляет меня сильнее вцепиться в стакан.

Я бросаю на нее взгляд, а когда вновь смотрю на Розу, она с побелевшим лицом держится за стенку.

Я делаю шаг в сторону своего сокровища, и Мария крепко хватает меня за руку.

— Это просто рядовая любовная ссора, милый. Она взрослая. Пусть сама разбирается!

Роза потирает шею и грудь. Кажется, будто ее сейчас стошнит.

Я не понимаю, о чем говорит моя так называемая невеста.

Делаю еще шаг вперед, но Марии настойчиво тянет меня за руку.

— Отпусти! – рычу я.

— Ты не должен этого делать, Лука. Просто стой здесь и смотри, будь паинькой. Кажется, пришло время продемонстрировать твою преданность нашей семье, – продолжает она, впиваясь ногтями в мою руку.

Стряхнув ее, подхожу поближе, чтобы подслушать разговор.

Я наблюдаю, как Мэдди неуклюже приближается к Розе и обнимает ее за плечи. Следом подходит Сиенна. Роза не двигается, я не вижу выражения ее лица, но замечаю, как ее ноги судорожно дергаются под сиденьем.

— Роза, тебе вызвать скорую? – мягким голосом спрашивает Мэдди, поглаживая ее по плечу.

Скорую помощь?!

— Я… я не могу, – неразборчиво говорит Роза.

Я вспоминаю угрозы Романо, чувствуя, как Мария взглядом прожигает мой затылок.

Если я что-то сделаю – это будет последний гвоздь в крышку нашего гроба.

Вокруг Розы начинают собираться люди. Сквозь толпу пробирается Данте и склоняется над ней.

— Вставай, прекращай этот цирк! Блядь, ты позоришь меня, Роза, – выплевывает Данте, похлопывая ее по ноге.

Ярость застилает мои глаза. Решение принято.

Этот ублюдок никогда ее не заслуживал.

— Убирайтесь на хер. Все. Сейчас же! – злобно рычу я, пробираясь сквозь толпу. В помещении воцаряется тишина, если не считать сдавленных рыданий Розы, которые ранят меня в самое сердце.

Я смотрю на Данте.

— Все. Включая тебя. Пошли прочь! – кричу я, тыкая в него пальцем.

Данте встает между мной и Розой.