Книга Искры льда, страница 56 – Елена Хантинг

* * *

Просыпаюсь от влажного вонючего дыхания прямо над лицом. Открываю один глаз и вижу в сантиметре от себя нос Энди.

— Приветик, приятель. Тебе бы зубки почистить.

Поворачиваюсь на бок, но половина кровати Санни уже пуста. Всего семь утра, очень рано, но она уезжает через пару часов, так что придется себя поднимать и сбрасывать тяжелые щупальца сна. Не парюсь с трусами. План такой: найти Санни и использовать утренний стояк в свою пользу.

Когда дохожу до лестницы, я замечаю, что с кухни доносится приятный запах корицы. Санни хороший пекарь, судя по экспериментам отца. Ее вкусняшки просто лучшие. Смеюсь со своих мыслей. Я попробовал ее вкусняшку, так что теперь запас таких шуток неиссякаем. К сожалению, мне не с кем ими поделиться.

Она на кухне. На голове все еще вчерашняя косичка, только дико растрепавшаяся. Рассветное солнце бьет в окно, лучи освещают раковину, в которой Санни моет свежие фрукты; свет красиво падает на ее непослушные белокурые волосы, торчащие во все стороны. Похоже на нимб. На ней шорты и майка. А лифчика нет.

Она не сразу меня замечает, так что я облокачиваюсь на дверь и любуюсь. Санни подпевает радио и чистит персики. Как бы мне хотелось, чтобы она не уезжала.

Я подхожу к ней сзади и обхватываю за талию. Будет совсем несложно раздеть ее и отыметь прямо здесь. Она ахает, и сначала я думаю, что от удивления, а потом замечаю набухающий порез на подушечке указательного пальца.

— Черт! Прости! – Я наклоняю нас над раковиной, включаю кран, настраиваю температуру. Когда начинает течь холодная вода, я сую ее палец под струю. Вот тебе и доброе утро.

Санни отворачивается и прижимает щеку к моей груди.

— Еще идет?

Я давлю на кожу сразу под порезом, проверяю, насколько все плохо. Порез аккуратный, не слишком глубокий, просто поверхностная рана.

Кровь снова собирается, так что я сую палец Санни обратно под воду.

— Нестрашно. Швы накладывать не надо. – Я целую ее в макушку. Санни передергивает. – У тебя есть пластыри?

— Где-то в ящиках есть. – Она машет рукой куда-то в сторону ряда кухонных шкафчиков.

— Я принесу, ладно? – Я не смогу отойти, пока она не перестанет на меня опираться.

— Кажется, мне нужно присесть, – говорит она, будто пьяная. И в следующее мгновение Санни съезжает вниз по моему телу. Я успеваю подхватить ее за подмышки, прежде чем она упадет на пол.

— Конфетка? – Я наклоняюсь, подхватывая ее под голову, чтобы она не запрокидывалась. Санни висит на мне мертвым грузом, глаза закатились. Она упала в обморок. Облокачиваю ее на шкафчики, ловлю баланс так, чтобы Санни не падала на пол. Все пошло не по плану.

Чуть-чуть не дотягиваюсь до бумажных полотенец. Приходится встать прямо перед Санни, прижимая левое бедро к ее плечу, чтобы она не упала. Не лучшая поза, по крайней мере, для наших обстоятельств. Я голый, а мой член в сантиметре от ее лица.

Санни приходит в себя, когда я уже хватаю полотенца. Отрываю от рулона пару листов, пытаюсь отодвинуть промежность, но она обхватывает мои ноги и лицом падает прямо на член. Я кряхчу, боль простреливает вдоль позвоночника, отзываясь где-то в горле. Чувствую привкус желчи; есть ощущение, что яйца навсегда вогнаны внутрь таза.

Падаю на колени напротив Санни, скрипя зубами. Зрение затуманивается, но всего на секунду.