Книга Подарок, страница 74 – Наталья Буланова

Очень стыдно.

Но когда на столе появляется трехлитровая бутыль вина, я быстро забываю обо всем, кроме одного — поиска двух тазиков. Потому что пить папино вино может только он сам, а другие тут же выдают его обратно.

— Я сам придумал рецепт приготовления, — говорит отец и бессовестно добавляет: — Добавляю туда арбузные корочки.

А-а-а, ну зачем ты это сказал, папа?

Я готова провалиться в подпол, а он сидит довольный эффектом — секундами тишины.

Я опускаю голову, понимая, что после такого можно просто молча провожать гостей в их богатый мир, потому что такую разницу они просто не переживут.

Я бросаю взгляд на Егора, а он открыто смотрит на отца и вдруг спрашивает:

— А алоэ пробовали добавлять?

Папа аж теряется. Не такой реакции он ждал, да и я, признаться, опешиваю.

И теперь совсем другими глазами смотрю на Егора.

Да он кремень, когда ему что-то надо — не сбить ничем.

И это что, все ради… меня?

Папа, кажется, впервые за вечер расслабляется. Он смотрит на Егора с новым интересом, словно увидел в нем что-то неожиданное.

— Алоэ? — переспрашивает он, потирая подбородок. — Нет, не пробовал. Но идея интересная.

— Я где-то читал, что оно смягчает вкус и добавляет полезных свойств, — невозмутимо продолжает Егор, откладывая ложку.

Мама, которая до этого момента молча наблюдала за происходящим, вдруг улыбается:

— Леонид, может, хватит испытывать гостей? Видишь же — человек солянку ест, вином не брезгует, алоэ в вино добавлять готов.

— Да я просто разговариваю! — отмахивается папа, но в его голосе уже нет прежней жесткости.

Валентин Степанович смеется:

— Ну что, Леонид Дмитриевич, теперь мы почти родня.

Я напрягаюсь. Вот оно — момент, когда все станет еще сложнее.

— Почти? — Папа поднимает бровь.

— Ну, официально-то еще не породнились. — Дедушка хитро подмигивает.

Я кашляю в кулак, стараясь не встретиться взглядом ни с кем за столом.

— Лера, — мама поворачивается ко мне, — а ты-то что молчишь?

— Я… — Голос срывается. Что я могу сказать? Что это все ненастоящее? Что Егор скоро уйдет к своей истинной паре, а я останусь с разбитым сердцем и родителями, которые будут разочарованы?

— Она просто устала, — неожиданно говорит Егор. Его рука накрывает мою под столом, сжимая пальцы. — Мы недавно вернулись из путешествия по горам.

— Ага. — Папа кивает, но взгляд у него все еще изучающий. — Ну ладно, раз устала — может, отдохнешь? Твоя комната всегда в твоем распоряжении, ты же знаешь.

Я готова поцеловать его за это предложение. Я могу остаться здесь на ночь, а Егор с дедушкой будут вынуждены поехать домой.

— Да, с удовольствием, пап.

— И гости пусть остаются! — говорит он, а я умоляюще смотрю на него.

Не на-до!

Но он словно не понимает моих взглядов или не хочет понимать. Подмигивает Егору и говорит:

— Кушетка старая, правда. Но удобный матрас достанется Валентину Степановичу, ты уж не обессудь.

Руданские с ночевкой в моем доме?

— У тебя же есть важные дела? — Я широко улыбаюсь Егору. — Тебя там дома гости ждут.

— Те гости могут ждать бесконечно. Им даже полезно, — говорит Егор, провокационно улыбаясь.

— Лер, сорви зеленушки, пожалуйста, — просит мама.

Я встаю из-за стола, но Егор не отпускает мою руку.

— Я с тобой. — Он не спрашивает, а ставит в известность.