Книга Подарок, страница 93 – Наталья Буланова

На нем идеально сидящий темно-синий костюм.

— Конечно, я не могу не соответствовать такому красавчику, — улыбаюсь я, входя в зал Дворца спорта.

Зал забит штанговыми вешалками с таким изобилием платьев, словно здесь хотели зафиксировать рекорд по количеству разных свадебных нарядов в одном месте.

— Ты обо всем подумал! — Я с восторгом смотрю на Егора.

— Конечно. Я же хочу жить долго и счастливо.

Я смотрю в сторону кабинок с зеркалами.

— Тут даже примерочные есть.

— Все для моей любимой, — улыбается мне Егор.

И я льну к нему, целую в губы, а потом… Потом я окунаюсь в мир свадебных платьев. Ульку захватили вместе со мной, только на другой машине, поэтому она помогает мне с выбором, пока мужчины попивают кофе на диванах.

А потом меня ждут две феи из бьюти-салона, которые красят нас и делают прически такой красоты, что когда Егор меня видит, то пораженно замирает на несколько секунд.

Я не могу скрыть кокетливую и смущенную улыбку.

— Моя волчица. — С восхищением в голосе Егор берет мою руку и подносит к губам.

Мне неудобно кое-что спрашивать, но все же для меня это очень важно.

— А мои родители… Их украли на свадьбу?

Егор укоризненно смотрит в ответ:

— Зачем красть? Они приехали на церемонию со всеми почестями.

— Значит, она только для меня была сюрпризом?

— Тебе что-то не нравится?

— Нравится, — улыбаюсь я. — Все нравится.

* * *

На поляне у водопада дымятся котлы. Моя мама, засучив рукава, помешивает свою фирменную долму, а папа разливает свое вино на арбузных корочках — золотистое, с летним послевкусием.

Как мне сказал Егор, мои родители настояли на том, чтобы лично участвовать в накрывании свадебного стола. Сказали, что тогда молодых ждет счастье.

— Ваш зять — счастливый человек, — говорит дед Егора, Валентин Степанович, пробуя напиток. — В нашей семье такое делать не умеют.

Они с отцом уже как родные — старый оборотень и винодел-самоучка. И каждый думает, что знает про другого достаточно.

Столы ломятся от еды, ведь южане просто не умеют по-другому. Да, есть пафосные шатры, красивое оформление и дорогие блюда, но все это по-домашнему обильно, по-дружески уютно и так романтично.

Все рассаживаются не по карточкам, а кто как хочет. Все смеются когда хотят и как хотят, а Федя берет на себя роль ведущего.

Тосты звучат то слезливые, то смешные, то красочные, то скупые на слова, но наполненные смыслом. А Чертовы горы разгоняют тучи, не давая им подкрасться и испортить праздник. Мы все чувствуем магию этого места.

— Я хочу создать свадебный ритуал. Поддержишь? — неожиданно предлагает Егор.

Я даже не спрашиваю, что он задумал, просто говорю:

— Да.

И когда мы танцуем на краю обрыва, сердца замирают у всей стаи, родителей и Валентина Степановича, но не у нас.

— Я не дал тебе пострадать однажды, я не дам тебе пострадать никогда, — клянется Егор, глядя мне в глаза.

И я понимаю, что он создает слова ритуала. Он — свою часть, а я должна создать свою.

— Я рухнула с тобой вниз один раз и с тобой же поднялась на вершину, потому что верю в тебя.

Ветер подхватывает фату и накрывает не только мою голову, но и голову Егора. И мы скрепляем наши клятвы поцелуем.

Листва шелестит, ветер ласкает, а на небе появляется огромное облачное сердце.

Чертовы горы принимают нашу клятву.

Я оглядываю всю стаю и своих родителей. Они тронуты. И только Валентин Степанович и мой отец допивают арбузное вино, споря, чей внук будет упрямее.

Букет невесты ловит Улька, и Надя разочарованно вздыхает. Зато Федя как-то очень хитро улыбается и поглядывает на мою подругу.

Кто бы мог предположить, что через год мы родим в один день. Я — девочку, принцессу южной стаи волков, за которую Егор готов рвать глотки. И Улька — мальчика-крепыша, который орет директором завода, пока не оказывается рядом с нашей малышкой.

Конец.