Книга Любимая двойная попаданка, страница 67 – Дора Коуст

— Не отпущу, — сказал он просто.

И я знала, что не хочу, чтобы отпустил.

Когда его губы коснулись моих, все вокруг исчезло. Не стало корабельных досок, которые глухо поскрипывали под нами. Далекий шум волн больше не касался слуха. Все растворилось. Остались только Арсарван и жадный, резкий поцелуй, завладевающий мною без остатка.

Властный, но одновременно осторожный. Я прижималась к нему, чувствуя, как внутри разгорается пламя. Одно неловкое движение, рубашка скользнула на пол и я коснулась спиной холодной двери. Он тут же поменялся со мной местами, быстрыми поцелуями осыпая мою шею.

— Мари, — шепнул он мне в волосы.

Мое имя в его устах говорило больше, чем бесконечное множество слов. Чувственная ласка пленила каждую букву, вибрацией отдаваясь в моем теле.

Я знала, что дальше не будет ни игры, ни случайностей. Для нас дороги назад не осталось, потому что вместе мы могли идти только вперед. Без него я свою жизнь уже не представляла.

Кровать была слишком узкой для нас двоих. Мы засмеялись, когда я чуть не свалилась на пол, а он придержал меня за талию, но смех быстро сменился тишиной.

В этой тишине было слышно, как гулко бьется мое сердце.

Я чувствовала его руки — сильные, уверенные, но бережные. Ладони будто заново рисовали мое тело, давая понять: «Ты настоящая, живая, моя». От этих прикосновений я таяла, как воск от пламени свечи.

Когда губы скользнули по моему плечу, я сама притянула его к себе. Не хотела больше слов, только тепла, дыхания, этой невозможной близости. Мы не могли разойтись, не могли спрятаться друг от друга. Каждый вздох и движение, каждый стон — все становилось общим, разделенным на двоих.

Его дыхание щекотало шею, а сердце колотилось так же бешено, как и мое. Иголочки щетины царапали кожу, и от этого по телу пробегали мурашки.

Скользнув ладонями по его обнаженной спине, я ощутила каждую напряженную мышцу. Он был крепок и в то же время уязвим — именно в этой открытости передо мной.

Глубокий нетерпеливый поцелуй затмил собой все. Мир кружился, а я задыхалась и одновременно не могла надышаться Арсарваном. Кажется, мне его всегда будет мало. Мало губ, рук, затянутого поволокой страсти взгляда, в котором тонешь без возможности вырваться.

Без желания вырваться, без сопротивления.

Каждый новый поцелуй был признанием, и я ловила их, как глотки воздуха. Смеялась, когда кровать начинала скрипеть, не выдерживая нашей страсти, но мы теснились, обнимались, словно так и должно быть.

Я чувствовала его целиком: его тепло, его силу.

— Просто будь рядом, — прошептала я, признаваясь этим, как нуждаюсь в нем.

Как боюсь ошибиться. Как страшит меня наше будущее и как пленит, окуная в новые мечты: о детях, о доме, о прекрасной жизни в новом для меня мире.

Я растворялась в этом бесконечном «сейчас». Вдыхала его запах — морской, пряный, немного резкий. Длинные пальцы перебирали мои волосы, губы искали самые чувствительные местечки. Я ловила каждое движение, запоминала каждое ощущение. Словно хотела запечатлеть этот миг, чтобы он остался со мной навсегда.

Наши тела переплетались так, что невозможно было понять, где кончается мое и начинается его. Я не думала о завтрашнем дне, об орках, о том, что ждет нас на берегу. Впервые за долгое время я позволила себе быть просто женщиной рядом с мужчиной, которого любила.