Книга Любимая двойная попаданка, страница 1 – Дора Коуст

Под мягкое покачивание кареты я задремала в уютных объятиях Арсарвана. Танцы в парке и долгожданное решение проблемы с поиском ведьмы лишили меня последних сил, но этот восхитительный день в столице я бы не променяла ни на что на свете. Потому что на губах все еще ощущался сладкий поцелуй.

С привкусом моих собственных слез.

На душе висел тяжелый камень. Наверное, я должна была радоваться тому, что совсем скоро мы сможем встретиться с ведьмой и вернуть меня домой — в мой мир, но эта маленькая победа отчего-то отдавала горечью. Я слишком сильно привязалась к Арсарвану. Я влюбилась в него вопреки здравому смыслу и, если бы могла, забрала бы его с собой.

Но захочет ли? Этот вопрос я собиралась задать ему перед нашей встречей с ведьмой.

Уютная тишина убаюкивала и пленила. Даже Бергамот, обычно шумный и беспокойный, свернулся клубком на скамье напротив нас. Демоническая мышь едва слышно попискивала в клетке, наверное видя сны о свободе и мести таким нехорошим нам. Что делать с ним дальше, я пока не представляла.

Пальцы Арсарвана то и дело успокаивающе скользили по моей руке. В его объятиях я могла расслабиться. Он казался надежным даже несмотря на то, что помогать мне с возвращением изначально не собирался. Но благородство в нем победило желание извлечь выгоду из моего попаданства.

Я была благодарна ему и за правду, и за честность, и за откровения. А ведь он наверняка понимал, что они могут испортить наши отношения. Но дело в том, что красивым сказкам я всегда предпочитала реализм.

Внезапно ощутив, как Арсарван напрягся, я открыла глаза и выпрямилась. В сумраке кареты его взгляд показался мне острым.

Посмотрев в том же направлении, я увидела глянцево-черный экипаж. Он стоял на подъездной дорожке рядом с крыльцом нашего поместья. Под светом фонарей четко угадывался рисунок герба на дверце. На щите был изображен рыцарь, пронзающий копьем странное существо с когтями и хвостом.

— Посиди здесь вместе с Бергамотом, — произнес Арсарван неожиданно сухо, мягко высвобождаясь из моих рук.

Меня охватил необъяснимый страх, но вопросов я задавать не стала. Чтобы лучше видеть крыльцо, пересела на скамейку к коту.

Рука машинально потянулась к пушистому боку. Мгновенно отреагировав, хвостатый зашевелился, поднялся, зевнул и потянулся.

Ничего не объяснив, граф открыл дверцу, сошел со ступеньки и уверенно направился к поместью. В тот же миг ему навстречу на крыльцо вышла незнакомая мне девушка, и эти двое замерли, глядя друг на друга.

В свете фонарей ее волосы имели красный оттенок.

«Волосы цвета спелой вишни…» — всплыла в воспоминаниях фраза из дневника Татии. Так она описывала Арибеллу, жену своего брата.

Шерсть Бергамота под моей ладонью вдруг встала дыбом.

— Ты чего? — отвлеклась я на миг, обратив свое внимание на кота.

Прямо под моим взглядом он уменьшился до размеров котенка, и клетка, до этого державшаяся на ошейнике, со звоном ударилась о пол.

Котяра же затрясся всем своим тельцем.

— Тау-м Пожирающая, — прошептал он, вжимаясь в угол.

Перед глазами всплыла еще одна строчка из дневника Татии, будто сама память вытолкнула ее наружу:

«Пожирающие могли вытягивать магию из любого предмета или существа. Для обладающего магическим даром эта встреча почти всегда заканчивалась смертью, а для артефакта — полным опустошением».