Книга Любимая двойная попаданка, страница 57 – Дора Коуст

На округлом лице проступили смятение и стыд. Но их быстро сменило удивление. Схватив прядь своих волос, русалка рассматривала ее так, будто видела впервые. Глаза расширились, а губы приоткрылись.

В этот миг он мог поспорить на что угодно, даже на собственную жизнь: перед ним сидела его Маша. Настоящая Мари с небольшими, но очень явными изменениями.

Предчувствуя худшее, он ощутил, как сердце пропустило удар.

— Не говори мне, что ты решила остаться на Русалочьем рифе, — хрипло выдохнул он, до скрипа сжимая рукоять шпаги.

— Что? Не сходи с ума! — возмутилась Мари и тут же отыскала взглядом ведьму, которая стояла у дальней стены. — И как же ты объяснишь хвост, лживая ты девчонка⁈

— Оставь-ка оскорбления при себе, — с наглой улыбкой посоветовала Даяна. — У каждой магии своя цена. Ты сама согласилась на это. Потренируешься пару-тройку дней и научишься возвращать ноги. Только плавать не забывай, без воды сдохнешь.

— А может, проще голову тебе свернуть? — предложил Арсарван, шагнув прямо на трезубцы.

— Может, и проще, — согласилась ведьма, ухмыляясь. — Но тогда желание твоей ненаглядной не исполнится, а она хочет вернуть себе свою внешность не временно, а навсегда.

Граф вновь посмотрел на Мари. Он не понимал, о чем говорила проклятая старуха. Они проделали такой путь к ведьме, чтобы та рассказала, реально ли поменять Машу и Татию местами. Ведь Пропащая желала именно этого — вернуть себе свою жизнь.

— Потом, — сказала девушка одними губами, встретив его растревоженный взгляд.

А его сердце пустилось вскачь. Он еще не знал наверняка, не смел надеяться, но…

Ведьма сказала, что Мари хотела вернуть себе свою внешность навсегда. То есть сейчас эффект был временным.

Арсарван боялся радоваться. Он едва дышал, вперив нечитаемый взгляд в Даяну. У нее же требовательно спросил:

— Что нужно сделать, чтобы желание моей жены исполнилось?

— Она не твоя жена, пират, — ядовито улыбнулась старуха в теле ребенка, наслаждаясь тем, какой эффект произвели ее слова.

Граф от злости скрипнул зубами.

— Мне не хватает одного ингредиента. Достанете скорлупу драконьих яиц, будет вам счастье. Только привезите всю, какую найдете.

— Даяна сказала, что скорлупа хранится в пещерах на землях орков, — пояснила Маша негромко.

— И раз уж мы все выяснили, проваливайте, — припечатала ведьма и эффектно покинула главный зал, в единый миг очутившись на балконе второго этажа, но напоследок громко напомнила: — Неделя, Пропащая. Если срок выйдет раньше, чем ты вернешься, пеняй на себя.

Русалки расступились в тот же миг, позволив Арсарвану подхватить пострадавшую от хитрости Даяны на руки. Когда граф выносил ее за порог, девушка выглядела виноватой. Она прятала свое лицо у него на груди и едва слышно вздыхала.

Первым, кто увидел их, был Бергамот. Кошак беспардонно жевал намагиченные яблоки, которыми обложился. Заметив русалочий хвост и темные волосы, за которыми скрывалось лицо Мари, он подавился, надсадно закашлялся и выпучил глаза.

Чуть дальше на камнях стояли Эльнюс и Лико. В их взглядах без труда читалось недоумение, но Арс едва заметно покачал головой. Он сам пока не знал, злиться или радоваться. Ярость плотно сплеталась со счастьем, и объявить победителя в этой борьбе не получалось.

— По лодкам! — скомандовал он.