Книга Любимая двойная попаданка, страница 129 – Дора Коуст

Отыскав мои пальцы на полу, Арс крепко сжал их.

Служитель поджег кадило, и по храму разлился приятный аромат. Тянуло лавандой и морской солью.

— Пришли ли вы сюда по доброй воле? — озвучил священник следующий вопрос.

Мы снова ответили хором и заулыбались, встретившись взглядами. У меня и мысли не возникло, чтобы отказаться. И пусть я верила в кого-то, кто был там, наверху, и посылал нам испытания и вознаграждения, это не мешало Арсарвану верить в своего Бога.

— Любовь или нужда привела вас сюда? — задал Адоний третий вопрос.

Граф ответил сразу, а я замешкалась. Не ожидала услышать нечто подобное. Нет, жениха и невесту в церковь действительно могли привести разные мотивы, но, видимо, ответ на этот вопрос был важен.

— Любовь, — ответила я и снова смутилась.

— Обручаются дитя Божье Арсарван и дитя Божье Марианна, — с усмешкой продолжил служитель храма. — Протяните ваши правые руки.

Взглянув на Арса, я тоже подняла руку и вытянула ее ладонью вниз. Обойдя стол, Адоний достал из своего халата стеклянную пипетку. Набрав из дымящего кадила немного желтой субстанции, он капнул по несколько капель сначала на указательный палец графа, а затем на мой.

За кратковременной болью, естественно, последовал ожог. Но, будто в сказке, прямо с потолка сорвалась капля воды. Она упала ровно у основания пальца, остудив поврежденную кожу. Краснота ушла мгновенно, но на смену ей пришли тонкие белые полосочки, составляющие едва заметный неведомый узор.

У Арсарвана был такой же, но слегка побольше.

Граф улыбнулся, вероятно желая подбодрить меня.

— А теперь поднимитесь, дети Божьи, и подойдите к книге писаний. Венчаются дитя Божье Арсарван и дитя Божье Марианна. Да соединят вас бесконечные воды, да не оставят они вас в жажде и трудностях, да уберут с вашей дороги камни.

Все это время Адоний держал над нашими головами две металлические чаши. Но стоило ему договорить, как он перевернул их, и на нас вылилась холодная вода. Она была соленой, и, по ощущениям, в каждую из этих чаш вмещалась пара тонн. Мы будто стояли под ливнем и вымокли до нитки.

— Теперь плыть вам вместе, — закончил священнослужитель, а я наконец проморгалась.

После свадебного ритуала мне вручили серое одеяло, по текстуре похожее на валенки. С нас капало так, словно мы стояли снаружи, а не внутри. Но этот момент я бы все равно не променяла ни на что другое.

Перед нашим уходом своему Богу Арсарван оставил подношение. Это была бутылка виноградного сока. Адонию же он передал монеты в мешочке — на укрепление этого храма.

Уходили мы так же, как и пришли, — порталом. В душе играла целая буря из эмоций, и в то же время я ощущала умиротворение. Вот теперь мне точно никакой брак был не страшен. Потому что развестись после венчания в храме Древних не представлялось возможным.

Когда я об этом узнала? Правильно, в самом конце, когда с меня нагло стащили мокрое платье и отнесли греться в купальню.

Из нее мы выбрались ровно за час до нашей второй свадьбы. Будь моя воля, я бы на нее не пошла, но мне не хотелось отдавать империи честно заработанное после нашей смерти. Чтобы иметь возможность наследовать земли, титул и сбережения, дети должны быть рождены в браке.

Но если честно, по-моему, Арсарван просто хотел окольцевать меня по всем фронтам. В этом я убедилась уже вечером. А пока Горына и Бергамот взяли меня в оборот. Они спорили как в последний раз, с какой именно прической я пойду к арке Триединого.