Книга Тайм-аут, страница 93 – Юлия Кот

Никита замешивал краску для одной стены, она тем временем делала разметку на другой. Сегодня она ее красить не собиралась, для этого ей потребуются баллоны, но с основным рисунком нужно было определиться.

— Я тут видела одну крутую технику… – пробормотала она и протянула Никите телефон.

На экране было несколько вариантов граффити, связанных с баскетбольной тематикой. Яркие цвета, баскетбольные мячи, сетка, и даже баскетболист – все было на этом рисунке.

— А что напишем? – спросила она. – Я так понимаю, это больше не сеть магазинов. Так какое название будет?

— Об этом я тоже не подумал… – почесал голову Никита.

— Лебедев, ты подозрительно мало думаешь. Я начинаю сомневаться в твоих умственных способностях, – не удержался Волков.

— Ты такой бесстрашный, потому что нас стеллаж разделяет? – спросил Никита.

— Нет, потому что я могу пожаловаться твоей маме, и она меня защитит.

— Угу, посмотрим, – хмыкнул Никита и задумался.

У отца была сеть магазинов, и, пожалуй, одна из самых крупных в городе, так что он назвал ее просто: «Спорттовары L». В оставшемся магазине Никита планировал все переделать – и стиль оформления, и назначение пространства, так что был необходим ребрендинг.

Идея пришла внезапно.

— Давай назовем «Девятый». Мне кажется, это лаконично.

— И самовлюбленно! – подал голос из-за стеллажа Волков и тут же ойкнул, когда Петя ткнул его в бок.

— Самовлюбленно, но прикольно. Значит, решили, – кивнула Катерина.

Они начали работу над граффити. Морозова начала рисовать очертания мячей, букв и баскетболиста с мячом – в прыжке, у самой корзины. Граффити получалось масштабным, вероятно, трудиться над ним придется не один день.

— Кать, даже не знаю, как тебя благодарить, – сказал Никита.

— С тебя самая большая коробка макарунов, обожаю их, – сказала она, вытирая лоб тыльной стороной ладони.

— Две коробки! – донесся голос Пети. – Вторая мне.

— А я хочу… – начал было Волков.

— Хватит с тебя и того, что мамочка Лебедева тебя защищает! – засмеялся Краснов.

— Эй, хватит обсуждать мою мать! – прикрикнул Никита.

— Дураки, – беззлобно вздохнула Катя, поправляя растрепавшийся пучок белокурых волос.

Наморщив нос, она разглядывала разметку на стене.

— Кажется, все. Красить начну завтра. Надо позвать Ветрову, чтобы помогла, – пробормотала она.

Сердце Никиты упало. Никто из друзей не догадывался о том, что между ними произошло. Стоило ему на минуту отвлечься от дел, и Василиса тут же являлась в его мысли. Никита не знал, правильно ли он поступил, предложив ей расстаться. Тогда этот поступок казался ему верным, он думал, что поступает, как лучше для Василисы, но теперь, когда от нее даже редкие сообщения прекратились, он чувствовал пожирающую его изнутри пустоту. Они недолго были вместе, но теперь ему казалось, что он лишился какой-то важной части себя.

— О! Еще здесь можно проводить турниры по видеоиграм! Поставить плойку, например, как тебе идея, Никит? – Волков положил ему руку на плечо.

— Хорошая, – вздрогнув, хрипло произнес Никита.

Наконец настало время красить стены. Катя, усевшись на деревянный ящик, наблюдала за ними. Парни неплохо справлялись сами. Работали они до позднего вечера. Закончив, уставшие, грязные, но счастливые, они уселись у кирпичной стены на пол, глядя на результаты своих трудов.