Книга Тайм-аут, страница 48 – Юлия Кот

— Ну что, Васька закончила издеваться над тобой? – проворчал Петя, ворочаясь с боку на бок.

Последние сорок минут он безуспешно пытался уснуть, и включенный в вагоне светильник ему мешал.

— Она не издевается, а…

— Помогает, я знаю, – Краснов приподнялся на локте. – Повтори-ка еще раз, теперь вы будете притворяться парой?

— Да, но это между нами.

— Ваша тайна уйдет со мной в могилу! – Петя сложил на груди руки, изображая покойника. – Если бы мне кто-нибудь месяц назад сказал, что вы не только начнете общаться и помогать друг другу, но еще и для окружающих станете парой… В жизни бы в этот бред не поверил.

— Я тоже, – ответил Никита.

— Лебедев, ты мой лучший друг.

— Ага.

— А Василиса – лучшая подруга.

— Ага.

— Но я тебя предупреждаю, если обидишь ее – я не посмотрю, что мы друзья. Она мне как сестра.

— Полегче, Краснов! Я не собираюсь делать ничего плохого. К тому же…

— Она тебе нравится, – закончил за него фразу Петя.

— Я не это хотел сказать.

— Но имел в виду именно это. Я же не слепой. Любой идиот догадался бы, если бы увидел твое лицо, когда ты с ней переписываешься.

— И какое же у меня лицо?

— Вот такое, – скорчил рожу друг и быстро захлопал ресницами.

Никита засмеялся и швырнул в него подушку.

— Неправда.

— Чистейшая! Выглядишь как влюбленный придурок, – Краснов бросил подушку обратно.

— Да отвали ты!

— Я серьезно, Никитос. Может, она и кажется дерзкой и неприступной, но на самом деле…

— Знаю.

В поезде погасили свет.

— Я не пойду с тобой в кино, потому что это похоже на… – хотелось сказать «свидание», поэтому она на секунду запнулась.

Подняв голову, она встретилась глазами с мамой. Та стояла у двери, держа в руках полотенце и чистую тарелку. Видимо, хотела позвать дочь помочь ей на кухне, да так и замерла на месте. Одними губами она произнесла: «Это Никита?». Василиса угрюмо кивнула. Мама прикрыла лицо рукой и беззвучно захихикала. Мало того, что она запретила тренировки до приема у доктора в понедельник, так еще теперь и подтрунивает над ней!

— …похоже на то, что мама запрещает мне выходить из дома, – закончила Василиса.

Мама закатила глаза и возмущенно воскликнула:

— Я ничего не запрещаю! Она уже собирается!

— Это называется «предательство», – пошептала Василиса, на мгновение отключив динамик.

— Тебе и правда не помешает прогуляться.

— А вдруг я очень хочу помыть посуду?

— Ничего, сама справлюсь, – пожала плечами мама и вышла из комнаты.

Из динамика послышался раскатистый смех Лебедева.

— Вась, ты чего зависла там? – спросил он.

Чертыхнувшись про себя, Василиса вновь включила звук.

— И на какой фильм пойдем? – спросила она.

— Сюрприз. Зайду через полчаса.

Никита не только не опоздал, но еще и заявился прямо в квартиру. Раздался звонок, и мама тут же побежала открывать. Василиса, на ходу натягивая красный свитшот, спешила следом за мамой, но та успела первой. Отец удивленно наблюдал за поднявшейся дома суетой.

На пороге стоял Лебедев. В светлых джинсах, черной футболке и черной куртке, Никита имел цветущий вид, словно не он провел весь предыдущий день в утомительной поездке.

— Добрый день, Елена Владимировна, – поздоровался он.

— И зачем было подниматься, – проворчала Василиса, натягивая белые кроссовки. – Показушник.

— Привет, Никита, – ответила мама и заметила: – Васька, как всегда, не в настроении.