Книга Тайм-аут, страница 14 – Юлия Кот

Чашки позвякивали о блюдца, когда Ангелина Алексеевна расставляла их на столе, слегка дрожащими руками. Василиса спохватилась и предложила помочь ей, но та, обезоруживающе улыбнувшись, отказалась. Разложив ложки и льняные салфетки, Ангелина Алексеевна несколько раз передвинула их и продолжала поправлять, пока не добилась идеальной симметрии. Она так суетилась, что хотелось остановить ее и спросить, все ли у нее в порядке. В семье Василисы сервировке стола уделяли гораздо меньше внимания. Все просто вместе садились за стол, ели а потом убирали посуду. Никому и в голову бы не пришло думать о том, идеальным ли треугольником свернута салфетка.

Наконец Ангелина Алексеевна перестала мельтешить, села и беззвучно отпила из чашки… И тут Василиса заметила, что на столе нет маминой шарлотки.

— Извините, – растерянно сказала она, – мама там передала к чаю…

— Да-да, дорогая, я видела, – прощебетала Ангелина Алексеевна. – Но Михаил ест только то, что приготовлено мной. Но маме передай нашу благодарность.

— Хорошо, – смутилась Василиса.

Настроение Никиты тоже заметно испортилось, Помрачнев, он угрюмо смотрел в чашку, будто пытался вскипятить чай взглядом.

— Василиса, – подал голос Михаил Дмитриевич, отправляя конфету в рот, – а знала ли ты, что дедушка Никиты тоже был баскетболистом?

— Нет, – ответила она.

— Мой отец и дедушка Никиты, Дмитрий Лебедев, играл в баскетбол еще в Советском Союзе. Позже он стал тренировать команду в Нижнем Новгороде. Можно сказать, я вырос на баскетбольной площадке, – усмехнулся Михаил Дмитриевич. – Отец брал меня с собой на тренировки, пытался научить играть. Получалось у меня скверно, и, когда я стал старше, отец решил, что лучше мне прекратить тренировки и заняться чем-то по-настоящему важным – экономикой. А вот Никиту он тем не менее отдал в «Оникс», хотя я и возражал. Отец считал, что у него большое будущее. И вот сейчас, подводя своего покойного деда, Никита почти забросил баскетбол, стал меньше тренироваться…

У Никиты дернулась щека.

— Пап, не начинай.

— Но это ведь правда, сынок. Тренер говорит, что твои результаты ухудшились. И ты знаешь в чем причина. Тренировок в клубе недостаточно, нужно и самому заниматься.

— Да мы с Васей почти каждый день занимаемся! – возмутился Никита. – И ребята из «Оникса» к нам приходят!

— Ты знаешь о чем я, Никита, – тихо сказал Михаил Дмитриевич, но в его негромком голосе отчетливо слышалась угроза.

— Миша… – Ангелина Алексеевна несмело потянулась к руке мужа, но тот сделал резкое движение.

Она вздрогнула, смутилась и обхватила пальцами чашку. Михаил Дмитриевич начал размеренно постукивать ребром чайной ложки о фарфор.

Все это пугало Василису.

— Ну, раз ты так беспокоишься о том, что я плохо играю, нам с Васей лучше пойти на площадку! – выпалил Никита.

И крепко взяв Василису за руку, потащил ее к выходу.

— Извините… – пробормотала она.

Два часа они с Никитой играли в баскетбол, и это было лучшее время за целый день. Вдвоем они всегда играли до пяти очков – кто быстрее наберет, тот и выигрывает. Цель: защищаясь и одновременно атакуя, не позволить сопернику забросить мяч в кольцо. Обычно игра заканчивались тем, что они без сил валились на резиновое покрытие площадки и хохотали.

Во время игры Василиса краем глаза заметила в одном из окон крупную фигуру: Дмитрий Михайлович наблюдал за ними.