Книга Воcхождение Светлого, страница 131 – Юлия Фим

Неужели это он? Неужели он был повинен в смерти Чживэй? Это ведь не могло произойти по-настоящему.

Но она обманула его. Она не хотела делиться властью.

Нет, что он несет! Чживэй бы никогда…

Раскаяние, отчаяние, гнев – чувства смешались в одно единое горе, которое, впрочем, заглушила отрезвляющая мысль: рану нанес его отец!

И Сюанцин, который бросился к Чживэй, должен думать, что именно отец убил ее. Он должен это знать.

— Ты убил ее, – с ненавистью прокричал Шэнь, глядя на отца, который недоуменно осматривался. – Ты убил ее!

Слева от них раздался жуткий, пронзительный рев вперемешку со сдавленными рыданиями, это Сюанцин, прижав к груди тело Чживэй, умолял ее не умирать, пытался поделиться с ней ци, шептал ей что-то на ухо. Последнее Шэня неприятно царапнуло.

— Убил, – спокойно признал император. – Что ты здесь делаешь? И что здесь делают они?

Вдруг голос отца сделался обманчиво мягким.

— Ты заполучил Сосуд Вечного Равновесия, – он подошел ближе и положил руку на плечо Шэня. – Я всегда чувствовал, что ты особенный, мой сын. И теперь ты можешь передать силу мне… Мы покончим с темной скверной на земле и будем править нашей империей.

В голосе отца было столько гордости, теплоты и любви.

В детстве Шэнь жил ради внимания отца, и не только он – все принцы и принцессы. Драгоценные минуты с императором, Сыном Неба, были желаннее любых игрушек и сладостей. И хотя сам Шэнь был значительно моложе своих братьев и сестер, он помнил, как те соревновались за возможность провести время с отцом. Ничто так не мотивировало учиться, как похвала императора.

Однако теперь Шэнь видел перед собой хитрого и изворотливого мужчину, который не поскупился бы жизнью собственных детей ради цели. Улыбка, добрый взгляд императора так хорошо были знакомы Шэню, потому что он и сам отлично умел изображать подобные.

— Прости, государь-отец, – Шэнь покачал головой. – У меня другое предназначение. И я за него уже заплатил дорогую цену.

— Не глупи, – дружелюбно отмахнулся император Чжао. – Твое предназначение – служить своей империи. Ты не предатель, мой дорогой сын. Я хорошо тебя знаю.

Интересно, когда отец успел узнать его? Когда Шэнь был совсем ребенком, а отец был занят политикой, или после убийства матери? Или, может, за последние месяцы, в которые гонял его, как прислугу, по различным мелким поручениям?

— Пришло время сменить императора, отец.

— Демоница околдовала тебя? – задумчиво произнес император, доставая Небесный меч. – Я избавляю тебя от ее чар.

Отец собирался надругаться над Чживэй, изрубить ее тело в куски? Шэнь этого никак не мог допустить. Чживэй принадлежала ему, и никто не смел ее касаться.

Бросившись наперерез отцу, Шэнь выпустил из своего меча луч покрасневшего света. Тот отшатнулся, в отвращении поглядев на сына.

— Ты уже и сражается, как и темный отброс.

И в следующее мгновение два клинка скрестились. Обычный меч Шэня жалобно звякнул под натиском Небесного. Обученные одинаковой техникой сражения, они использовали похожие приемы против друг Друга.

Их клинки сверкали в свете солнца. Они то взлетали в воздух, то возвращались на землю, уклоняясь от ударов.

Шэнь едва успевал отражать молниеносные атаки отца. Он чувствовал, что содержит силу испитого Сосуда, но пока не понимал, как ее использовать, разве что ощущал себя наполненным до краев колодцем, из которого почему-то не удавалось черпать воду.