Книга Чудеса под снегом. Рассказы о любви и волшебстве в большом городе, страница 89 – Алиса Бодлер, Валерия Шаталова, Светлана Волкова, и др.

— Здорово! – улыбнулась Рина.

И подумала, что, если бы у нее был такой вот старший брат, она тоже верила бы в деда Мороза. Лет до двадцати как минимум.

— А я завтра еду в столицу, – вдруг сказала Рина.

— Молодец! – похвалил Пышкин. – У меня там старшая сестра живет. Я тебе телефончик скину. Передашь от меня привет, а если что, у нее и остановиться можно. Она нормальная.

Рина хотела отказаться, но не стала. Пусть будет телефончик сестры. И запасной вариант тоже.

Пышкин хлопнул на прощанье Рину по плечу, аккуратно обнял и умчался, топая по ступенькам как особая порода снегоходящих гиппопотамов.

А Рина вымыла чашки, вытерла стол и почувствовала противный холодок внутри. Тревога, уснувшая на время похода в магазин и разговоров с Пышкиным, проснулась и росла, как цветок под июльским солнцем.

Рина накапала валерианки, выпила, зажмурившись, и включила планшет.

Зря она волновалась. Зря ждала. И подарок, наверное, покупала зря. Ничего в планшете не изменилось. Ни новых сообщений, ни появления Данила в сети.

Он как будто забыл, что у него есть планшет и что он там переписывается с Риной. Может, и правда не переписывался. Может, на ее письма отвечал ИИ из «Милли-мири»?

Рина подумала, что зря она придумала эту поездку. Ехать нужно только к тому, кто тебя зовет. А остальные варианты – это глупо, нелепо и смешно.

Время тянулось, как давно потерявшая вкус жвачка, за окном стемнело, снег успокоился и больше не лупил в окно шариками, а скользил, оставляя на стекле элегантные снежинки. Рина вспомнила, как в детстве ловила их, открыв рот, и они таяли на языке, холодные, как мороженое. Жаль только, несладкое.

Рина вспомнила, что все-таки в жизни бывают телефоны. И что по телефону можно позвонить. И она позвонила Данилу. «Абонент недоступен», – равнодушно ответил робот.

А еще она зачем-то вспомнила, что у Данила зимой день рождения. А потом вспомнила, как однажды, когда им было лет по десять, он что-то натворил дома и ему, кажется, здорово попало. Он никогда о таком не рассказывал, но Рина по лицу видела, что ему больно даже лишний раз поворачиваться. Он предложил ей никуда не ходить: ни на горку, ни на каток, а остаться у нее и посмотреть какой-нибудь фильм. Она очень старалась, чтобы ему было полегче, и чтоб все скорее забылось и прошло, поэтому, конечно, согласилась. Нужны ей были эти каток и горка, если Данил туда не хотел! И они смотрели фильм про чудовище, захватившее Землю. Вернее, не просто Землю, а людей. Но не всех. И те, кого не захватили, могли спасти остальных. И спасли.

Вспоминать было вроде и приятно, но все равно больно.

Еще Рина вспомнила, как Данил поцеловал ее в щеку, и как потом она не спала всю ночь. Рина думала, что у них все еще впереди. Вот ей и все. Вот ей и впереди. Она всхлипнула и подумала, что если ехать, пора собирать вещи. Ну хотя бы подарок и зарядку от телефона. Рина еще раз глянула в планшет. Данил в сеть так и не вышел. «Я еще напишу тебе», – набрала Рина одним пальцем, и сама не поняла, отправила или нет.

Данил приехал на вокзал за полтора часа. Он знал, что это безобразно рано, но делать все равно оказалось нечего. С работы можно было отпроситься только после обеда, а заехать домой он не успевал.

Только с ним, конечно, могла случиться такая фигня, как случилась. Он писал каждый день своей девчонке, он нашел в сети особый мессенджер, который можно было поставить только на особый планшет. Он купил их и себе, и ей. Решил, что так будет хорошо. Вот ведь дурак! А потом, когда она испугалась, что никакой это не мессенджер, а игрушка с ИИ, и даже взяла билеты на поезд, чтобы приехать к нему и узнать. Все точно узнать… Он потерял от особого планшета особый зарядник. Где-то по дороге домой – то ли в метро, то ли в кафе, то ли неизвестно где. Он даже не успел ей ответить. Только прочитал, что она приедет – и все.