Книга Приют, страница 108 – Алиса Бодлер

Мы вслух прошлись по фактам в нашем распоряжении: существование эксперимента «Escape» – на бумаге, доказано (даже если и было представлено в официальных записях как поиск «чудодейственного лекарства»), личные дела детей, которые подвергались экспериментам, с перечислением инсинуаций, планируемых к применению, – в наличии, фамилии реально существующих врачей из Винского Универстита или же клиники Святого Иоанна (или и оттуда, и оттуда – сразу) – зафиксированы. Реальных пострадавших, которые могли дать показания, в живых было целых двое. И еще один – косвенно причастный «взрослый», с виду не похожий на сумасшедшего.

Но было ли всего этого достаточно?

— Ты говоришь, Стефферсон умер пятнадцать лет назад, – пространно начал я. – Но кто-то продолжает изучение вопроса. И по общей воле или же по индивидуальной, но превращает все это в мясорубку на базе существующих наработок. Однако, даже если главный штаб находится в универе, туда мы просто так не проберемся. Приюта и Александры больше не существует. Получается, что кроме клиники у нас ничего и нет.

— У нас есть адрес кабинета доктора Константина, – хрустнул кулаком Джереми.

— Ага, – я закатил глаза. – И ампулы с ДМТ он хранит в ящике рабочего стола. Ты что, «Ганнибала»^[25] не смотрел?

— Какого? – дядя нахмурился.

— Неважно, – я отмахнулся. – Короче, должно быть какое-то место для всех этих процедур. Очень уединенное, без лишних ушей и глаз. Кабинет он снимает по часам. И наша квартира с Иви не подходит. Значит, все снова упирается в дурку.

— Убедил, – ехидно согласился со мной Джереми и двинулся быстрым шагом через двор. – Все-таки юные мозги порой полезны. Твоя решительность рваться туда, не знаю куда, ради правды уже скоро год как вызывает у меня восхищение.

— Стой, – я поднялся, но не двинулся с места. – Есть еще одна навязчивая идея в юных мозгах.

* * *

Мы стояли у порога дома того старика, что стал для нас трагичным вестником в ушедшей ночи. Попытка получить ответы на последние предметные вопросы, что колко тревожили мое сознание, была последней задачей, которую я собирался выполнить перед отъездом из глухой деревушки.

Я постучал уже дважды и точно слышал, что хозяин был внутри, вот только двигался к двери очень неохотно и медленно. Выжидая его на маленьком, но ухоженном крылечке, я оглядывался на не роскошный, но все же вполне цветущий садик с овощными посадками и небольшими цветочными клумбами. Больше всего внимания на себя обращали высокие маковые головки, играющие на солнце своей загадочной, внутренней червоточинкой. Цветы словно подглядывали и подслушивали за нами, но оставались при этом очаровательно безмолвными свидетелями.

— Ну, што? – услышал я шуршащее обращение и повернулся. – Денег не верну.

Дед явно обращался к Джереми.

— Я и не собирался их забирать. – Оуэн закатил глаза. – Молодой человек хочет задать вам несколько вопросов. Уж разрешите.

— Ну, пацан, давай это… – старик тревожно оглядывался на свое внутреннее убранство. – Быстро давай. Пока бабка не встала. Сразу поймет: городские были, значит, денег дали.

Я постарался улыбнуться и завел руки за спину:

— Ваша соседка меня… Участвовала в моем воспитании. Мы приезжали к ней для того, чтобы навестить. Я знал и ее, и девушку, которая с ней жила. Но, так как вы сообщили нам очень скорбные новости, я бы очень хотел узнать, как это случилось.