Книга Изгой, страница 24 – Алиса Бодлер

Отчасти «пригретые» этим тощим темноволосым юношей, Вуйчичи быстро зауважали нового предводителя и были готовы ради него на все.

Но главнее того, кто, как считали братья, спас им жизнь, в «Фармации» все еще не было, а потому их симпатии к Герману в ситуациях, как текущая, суждено было отойти на второй план.

— Значит, показывает… – почти не разжимая зубов, выдавил Бодрийяр-старший. – Знаешь ли, многоуважаемый «юный господин», – тыкать пальцем я мог и без твоей неоценимой помощи.

Услышав тон отца, нерадивый сын поджал губы и с большим усилием выдавил вежливую улыбку.

— Разумно, отец. – Для придания словам большего (но вовсе не существующего) почтения юноша склонил голову. – Однако Владан и Валентин справляются на отлично и без меня. Моя сила не ровня им и никогда не станет, сколь я ни старайся.

— «Справляются на отлично!» – эхом произнес отец, коверкая голос старшего сына и придавая ему писклявых интонаций. – О том, как справляются мои работники, изволь судить мне. Мои указания были предписаны четко. Ты сопровождаешь их всегда, а не только тогда, когда тебе захочется!

Оставалось всего мгновение до момента, когда Николас перейдет на крик и вновь начнет багроветь своим морщинистым лицом. К всеобщему счастью, надвигающаяся ссора была развеяна появлением гостя. О его приходе свидетельствовал уже привычный для всех дверной колокольчик.

Николас замолчал. Он выставил ладонь вперед, наказывая соблюдать тишину всем присутствующим, и прислушивался к происходящему за дверью что есть мочи. Когда у Бодрийяра-старшего хватало свободного времени, он непременно садился за наблюдательный пункт и внимательно отслеживал каждое слово, сказанное мистером Ноббсом в главном зале.

Приветствие для провизора и Тимми, который сегодня работал с мастером в паре, было произнесено знакомым женским голосом. Еще до того, как дверь в конторку открылась, все присутствующие знали, кто намеревался их посетить.

— Добрый день, уважаемые, – практически нежно произнесла миссис Доусон, вплывая в кабинет. – Как идут ваши дела?

Бодрийяр-старший, словно ошпаренный, подорвался с места и поспешил взять и поцеловать руку гостьи, склонившись в полупоклоне.

— Чудесно, дорогая мадам! – распинался он, одаривая женщину одной из своих самых ненатуральных улыбок. – Но вы нам – как настоящий яркий лучик в этом темном царстве. И что же вас привело?

Герман наблюдал за взаимодействием отца и вдовы с большим сомнением, чем все присутствующие. Годовой опыт работы с отцом научил его отличать актерские этюды от реальных событий, а потому в том, что спектакль сейчас был разыгран специально для сыновей, сомнений не оставалось. По истечении времени старшего отпрыска радовало лишь одно – тот кровавый образ, что являлся ему вместо женщины, появлялся в ее присутствии все реже. Теперь он мог хорошенько рассмотреть то, что однажды Валериан окрестил как привлекательность.

Роскошные темные кудри Эмили Доусон покоились в причудливой прическе, спрятанной под богато украшенной таблеткой. Ее наряд, никак не соответствующий статусу вдовы, имел темно-бордовые оттенки и состоял из дорогих тканей, доступных для покупки лишь высшему сословию. Случайного взгляда на такую женщину было достаточно для того, чтобы узнать о ее достатке и, должно быть, весьма богатом наследии, что оставил покойный мистер Доусон.