Книга ESCAPE, страница 99 – Алиса Бодлер

Несмотря на острое и горькое послевкусие, последнее «видение» отчасти смогло согреть мое сердце. Поведение малыша, пол которого я так и не смог до сих пор определить, зацепило меня – он боролся за то, чтобы общаться со своим взрослым гостем и ждал его на главном празднике, несмотря ни на что. Кем приходился ему Мистер Неизвестный – оставалось только гадать. Но то, что появление этого взрослого человека на полулицемерном празднике, было самым ярким событием для именинника, можно было утверждать в точности. Он не ринулся к своим родителям даже во время скандала и принял сторону того, с кем чувствовал себя в большей безопасности. Я и сам рос под опекой людей, с которыми у меня не было родственных связей, и отлично понимал, что истинным родителем всегда будет тот, кто берет ответственность, заботится и делится чувствами. В моем субъективном мире не существовало «чужих» детей, существовали только «чужие» взрослые, которые сами выстраивали преграду перед теми, кто просто физически не мог через нее перебраться.

Я слишком долго искал образ того, кто наконец сможет дать мне необходимое ощущение семьи. К моим двадцати двум годам за все время моих скитаний получилось обрести лишь «названную» сестру, которая сопровождала меня столько, сколько я себя помню. Она старалась выполнять функции условной матери, но, конечно же, не могла ею стать ни в силу своего возраста, ни в силу нашего общего прошлого. Я понимал этого маленького человека из моего сознания как никто другой. Но стоило мне лишь подумать о том, что ему или ей, вероятно, повезло чуточку больше, в моих ушах снова прозвучал этот жуткий хруст.

Где был этот ребенок в момент, когда жизнь Мистера Неизвестного оборвалась навсегда? Был ли он уже взрослым? Общались ли они? Мог ли их откровенный разговор, такой порой необходимый каждому человеку – предотвратить все это? Я не знал. Мне было невыносимо больно от того, что конец этой истории был заранее известен и с хэппи эндом имел мало общего.

— Малой, ты опять спишь? – голос Рика тяжело пробивался ко мне сквозь груз моих мыслей. – Хорош пылесосить ковер, пятнадцать минут стоишь столбом, не меньше.

— О. Извините, – я тряхнул головой, поскорее избавляясь от того, что занимало мою голову.

— Извините за что? Убрался, и бог с ним, – проектировщик кивнул в сторону моего рабочего места. – Там твой друг на связь не вышел? Или ты так ничего и не отправил? Давай пободрее, прошу тебя. Внесет правки, еще день у тебя уйдет.

— Да, Рик, – поспешил согласиться я.

Я отключил пылесос, аккуратно обмотал провод вокруг желтого короба и подошел к компьютеру. Коллега был прав. Возможно, теперь, когда мое сознание было свободно от воздействия препаратов, я мог наконец закончить работу, с которой тянул слишком долго. Срок исполнения был неадекватным, даже учитывая неоспоримую сложность.

Прежде чем вновь нырнуть в документ, я открыл переписку с мистером О. Новостей там не было довольно давно, а в последнем сообщении все еще лежала вереница фотографий поместья из его личного архива. Он отправил мне их сразу после нашего звонка в тот самый проклятый день. Я рассматривал их уже не раз и не два, приближал, увеличивал контрастность и яркость в базовых настройках смартфона, но ничего особенного не находил. Кадры были сделаны еще при помощи «мыльницы». На самых темных фото особенно ярко проявлялись шарики летающей пыли. Наверняка в МёрМёр ее всегда было предостаточно! Я помнил, что в детстве мы любили пугать друг друга и называли эти пятна призраками, которые случайным образом попали в объектив. Это всегда была лишь пыль, но нам нравилось верить в иное.