Книга ESCAPE, страница 53 – Алиса Бодлер

— Вам предписана консультация у невропатолога. Ничего критичного мы не увидели, но в затылочной части мозга есть небольшой белый очаг. Он сухой, поэтому может быть еще родовой травмой. На первый взгляд, никакой опасности не представляет. Но лучшим решением станет последующее обращение к специалисту. Это все, что мы можем резюмировать в кратком заключении.

Константин кивком поблагодарил ее, она попрощалась и вернулась в палату.

— Белый… очаг? – нерешительно обратился я к Константину, который выглядел так, будто понял каждое слово. Наверняка это соответствовало действительности.

— Небольшое пятно, судя по снимкам, – показал мне бумаги доктор. – Уверен, что это не имеет ничего общего с вашим состоянием.

— Почему? – врачебная находка звучала пугающе, и я не был уверен, что к ней стоило так легко относиться.

— Потому что они пытались исключить судорожный приступ, который возможен при эпилепсии или эндогенных психических расстройствах, – последнее словосочетание уже начинало набивать мне оскомину. – Будь это он, на снимках бы остались совсем другие следы. Я не думаю, что очаг должен нас сейчас беспокоить. Вам следовало сказать про лекарства.

Психотерапевт отдал мне заключение нейрохирурга и поднялся, вновь отряхивая свой тренч. Интересная привычка. Вряд ли он мог испачкаться, сидя в больничном коридоре. Или полы были слишком длинными и доставляли ему дискомфорт? Я мог с уверенностью сказать, что такой верхней одежды не видел очень давно – фасон был очень приятным и старомодным, но наверняка не практичным. Однако этот винтаж был Константину к лицу. Он без лишней спешки убрал гаджет, которым практически не успел воспользоваться, и был готов покинуть больницу.

— Я отвезу вас домой. Идемте, Боузи, – утвердительно произнес доктор, не оставляя мне никакого выбора.

Поднявшись вслед за психотерапевтом, я грустно побрел к выходу. По пути, я рассматривал снимки, и, приглядевшись получше, наконец, заметил небольшое пятнышко в районе затылка. Интересно, о какой родовой травме могла идти речь? А что, если очаг все-таки появился позже? Несмотря на скептицизм Константина, природа этого отклонения меня почему-то взволновала.

* * *

Всю дорогу домой мы ехали с Константином молча. От дежурной больницы до нашего с Ив жилища было значительно ближе, чем от «Лавки Сэма», а потому за несколько минут, что мы были в пути, я так и не решился обратиться к этому статному, строгому человеку, с которым не мог перейти на «ты» уже три года.

— Боузи, запишитесь сегодня на следующий прием. Не забудете? – все же заговорил доктор в конце нашей поездки.

— Я… да, – вынырнул я из раздумий. – А сколько я должен вам за сегодняшний приезд?

— Рассчитаемся при личной встрече, – отрезал Константин.

Он остановил машину прямо возле входа на нашу лестничную клетку и вздохнул.

— Иви дома?

— Я не знаю, наверное, да, – подруга отсутствовала вчера, а потому в том, что она успела вернуться, я не был уверен.

— Пусть приглядывает за вами сегодня, – казалось, что его голос, наконец, потеплел. Неужели он действительно так переживал за произошедшее? И если да, то почему? – Если что-то пойдет не так, сообщите мне об этом в обязательном порядке.

— Договорились, – постарался вежливо улыбнуться я. – Большое спасибо за вашу помощь.