Книга Сонный сад, страница 58 – Алиса Бодлер

«Твой главный фокус – уходить безвозвратно… – злилась Элли про себя, вспоминая, как Ткач когда-то обещал ей продемонстрировать свои умения. – И даже показывать мне это не нужно, все понятно и так!»

Элли поднялась на ноги и принялась выжимать ледяные кудри.

Что-то фиолетовое выливалось на ступеньки вместе с водой.

Девочка присела для того, чтобы рассмотреть находку, но цветные частички были слишком маленькими и хрупкими и скользили по мокрым пальцам. Хорошенько обтерев ладонь о подол платья, Элли прижала указательным пальцем одну из крошек, сковырнула ее ногтем и поднесла к лицу.

Мягкая структура сворачивала частичку в трубочку и не давала ей обрести исходную форму. Но стоило Элли оказаться вплотную, знакомый запах ответил сам за себя.

— Да это же лаванда! – воскликнула Эльга куда-то в пустоту. – Тупой хамелеон, я что тебе, какая-то комнатная моль?!

Серафима хранила высушенные лавандовые ростки в холщовых мешочках и использовала их для защиты теплой одежды. Имедема была жутко старой, и вредителей, желающих отведать то мамино пальто, то бабушкину шубу, на вилле было пруд пруди. Лаванда спасала от насекомых, и ее запах был хорошо известен Элли.

Но она не собиралась жевать дурацкое черное пончо ткача со знаком минус… Зачем он насыпал этой дряни ей на голову – было неясно.

Стряхнув с себя остатки капель, девочка направилась обратно в дом.

Казалось, что все те приключения, что произошли с Элли на заднем дворе за один короткий промежуток времени, остались для бабушки незаметными.

Она продолжала перебирать спицами, равномерно позвякивая ими в неслышимый такт. Дзынь-дзынь. Дзынь-дзынь. Дзынь-дзынь.

— Фима, – с порога заявила девочка, смотря на бабушку в упор. – Не так красиво, как Серафима, но тоже ничего.

Серафима подняла свои глаза на Элли, а затем вновь уставилась в вязание.

— Твой товарищ, – кисло улыбнулась Эльга, – насыпал мне в голову лаванды. Зачем?

— Он мне не товарищ, – бесцветно отозвалась бабушка. – Если твои волосы грязные, тебе следует просто их промыть. Стоять и пачкать все вокруг необязательно, Эльга. Ты же взрослая девочка.

— Значит, ты продолжишь делать вид, что ничего не произошло?

— Ты сама творец своей судьбы. Почти взрослая девушка. Если что-то произошло, тебе следует спрашивать с самой себя, а не с окружающих.

Элли рыкнула.

— Будешь убеждать меня в том, что он не твой референт, бабушка?! Что он тебе не подчиняется?! Что это не ты посылаешь его делать пакости?!

— Он не мой референт, Эльга, – Серафима поправила очки левой рукой и вновь подхватила вторую спицу. – По крайней мере больше нет.

— ГР-Р-Р-Р! – девочка сжала кулаки и повысила голос. – Ты вообще ненормальная какая-то бабушка, если сказать тебе честно! Ты должна заботиться обо мне! Печь вкусное! А сама… А сама выполняешь страшные задачи по тупой указке, дружишь с нечистью, и вообще!..

Бабушка отложила спицы и скрестила руки в крепкий замок.

— А сама ты не делаешь все то же самое, Эльга? Разве нет?

Кровь прилила к лицу Элли.

Она схватилась за голову и закричала:

— Я НЕНАВИЖУ ВСЕ ТО, ЧТО СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ! НЕНАВИЖУ, И ВСЕ!

Серафима улыбнулась. Движение ее губ показалось Эльге чересчур снисходительным и даже высокомерным. Словно вот-вот она скажет: «Я же говорила, что ты во всем неправа. Ты глупая, а я умная. Надо было меня слушаться и все бы было в порядке».