Книга Защитница Солнечного Трона, страница 61 – Олег Крамер, Анна Сешт

Жрица вошла осторожно, боясь потревожить этот покой. Она ступала по гладкому земляному полу, но невольно вспоминала, как шла босиком между осколками разрушенных замыслов… между осколками их прошлой жизни в ту ночь, когда им обоим нужно было исцеление.

Тутмос задернул последнюю из занавесей, но свет все равно пробивался, погружая мастерскую в золотистый полумрак. Они словно оказались внутри алебастрового светильника. Остановились друг напротив друга, не зная, что сказать. В солнечном луче, рассекавшем пространство меж ними, танцевали пылинки.

— Нравится? – улыбнулся Тутмос, жестом обводя мастерскую.

Сердце сжалось от нежности, столько было в нем искренней радости.

— Очень, – тихо ответила Мерит, украдкой глядя на разложенные наброски, на глиняные заготовки будущих скульптурных портретов, пытаясь угадать черты.

— Здесь будет и твой, – сказал скульптор, проследив за ее взглядом. – Как ты сказала тогда… тебя я сделаю для себя. Ее – для истории. Ее и всех их… Дом Владык.

Он закусил губу, и его взгляд снова сделался отчужденным. Радость исполненной мечты была отравлена злостью и ревностью.

— Знаешь, я ведь правда ненавижу его, – спокойно признался Тутмос. – Ненавижу, но буду творить для него. При этом я благодарен ему, и по-своему он… восхищает меня. Вдохновляет. Такая безумная смесь уже не под силу моему разуму. Ох, Мерит, как же тяжело все это… прости, что снова говорю тебе. Тебе ведь и самой нелегко.

Жрица подошла к нему и обняла, поглаживая по спине. Тутмос обнял ее в ответ, уткнувшись в волосы. Так они и стояли некоторое время, каждый в своих мыслях. Отрешенно Мерит смотрела на наброски, в которых различала уже не лица – улицы, углы домов, колонны храмов. Смотрела и думала, сколько же раз она представляла себя вот так, в его объятиях, и никогда не позволяла себе зайти дальше даже в мечтах. А теперь путь был открыт… но на самом деле – никогда не был.

— Помоги мне забыть обо всем, – шептал он, беспорядочно целуя ее волосы, щеки, шею. – Помоги забыть о ней. Мне почти удается, когда я с тобой. Почти…

Тутмос целовал Мерит неистово, жадно, словно потерявшийся в песках Та-Дешрет спутник, припавший к источнику. Она пыталась разжечь в себе огонь, но внутри нее царила странная безмятежность, совсем не подобающая этому моменту. Не вскипела от волнения кровь, даже когда он прижал ее к прохладному граниту незавершенной стелы, и она почувствовала его жар так близко.

«А ведь я так долго ждала этого момента», – пронеслась мысль.

— Я ищу в тебе ее черты, – шептал Тутмос, опустившись перед ней на колени, обнимая за бедра. – Вы же были как одна душа в двух телах…

Мерит похолодела. Рука, запутавшаяся в его волосах, застыла, и все внутри сжалось в тугой комок. Скульптор говорил что-то еще, жаркое, нежное, но все слилось в единый гул.

— Нет, – тихо сказала она.

Он даже не услышал, и ей пришлось повторить громче – отходить было некуда. Сжав плечи Тутмоса, жрица остановила его. Непонимающе он поднял голову, глядя на нее своими медовыми глазами, разгоряченный, отчаявшийся. И без того непослушные волосы разметались в беспорядке. Он казался и уязвимым, и опасным одновременно, не собираясь останавливаться.

Мерит нежно погладила его по щеке.

— Я могу быть исцелением, но не заменой, – сказала она негромко, но твердо.