Книга Яга против!, страница 62 – Александра Логинова

Я покраснела. У всех своя судьба. И если Кощею суждено умирать столько раз, сколько на него охотятся отчаянные головорезы, ведя в бой армии мертвых солдат, то Яге, едва она вступила в пору юности, положено присматриваться к материнству и продолжению славного рода жриц жизни. Со всех сторон присматриваться, в том числе и с интимной.

— Не суй свой нос в чужой вопрос. А в мою постель — тем более, — грубо оборвала я. Ишь ты, храбрый какой, а у самого глаза в кучу от температуры.

— То-то и оно. Мать говорит, нынче мы позже зреем, позже умираем и позже исполняем свой долг. А ты не вздумай одна идти…

— Слав, разве ты не собиралась домой? — заглянувшая Фрида сменила чашку с водой на холодную и потрогала щеку Кощея. Тот на минутку прикрыл глаза, но тут же независимо отвел их, однако не торопясь одергивать голову.

— Собиралась, — вздохнула я. — Но сначала в баню.

— Иди, там как раз Амира жар посуше соорудила, — обрадовалась богиня. — Как придешь, объяснишь мне, что делать.

Пришлось топать париться, отгоняя внезапную тяжесть на сердце. Вернувшись, быстренько рассказала, как поить пациента отваром, чем кормить, сколько раз полоскать горло и соблюдать постельный режим. Остальные сокурсники засели на кухне, готовясь фонтанировать воспитательными идеями. Я же расчесала волосы, собрав их в высокий хвост, нырнула в дождевик и проложила приграничную тропу напрямки от двери к избушке.

— Позвать их на бизнес-встречу, напоить отваром сены и не выпускать, пока не одумаются, — Амира кровожадно улыбнулась, засовывая в рот целую вафлю. И поместилась же.

— Слабо. Предлагаю взять одного из совладельцев в заложники и присылать остальным свидетельства о благотворительных пожертвованиях с его счета.

— И подпись «Так будет с каждым»? Завод государственный, не выйдет.

Я лишь усмехнулась, помахала всем на прощание и вышла за дверь в сумрак водной стихии.

Капли хлестали по плечам, вынуждая бежать по призрачной тропе. Чем короче проложенный путь из точки «А» в точку «Б», тем больше сил отнимает стяжка пространства. Сейчас я не могла похвастаться полным резервом, а потому последние живые ботинки негодующе всхлипнули и напомнили, что на обуви не экономят, особенно в дождливое лето.

Избушка на предусмотрительно вмонтрированных деревянных столбах приветливо мигнула оконным светом, как бы говоря: «Чего мечешься, Славка? Подь сюды, заждались уже». Припаркованный справа Фольксваген равнодушно проводил меня выключенными фарами — недружелюбный агрегат, ступа лучше.

— Всем привет! — заскочив в дом, я первым делом отряхнулась, как котенок, сняв с себя дождевик.

На столе возбужденно подпрыгивал кипящий самовар, выпуская облачка пара, а надкусанные бублики удивляли эксцентричностью застолья. Едва я сделала шаг, как мне под ноги бросился рыжий комок и приветливо заскулил-затяфкал, ластясь пушистым хвостом.

— Василек? Почему ты здесь? Я же сняла проклятье, — моей растерянности не было предела. За день до практики я развеяла колдовство медяниц, вылечив лисенка, и торжественно сдала его лисьей маме.

— Саж его притащил, просил обласкать, а то заскучал постреленок без ласки человеческой. Всё, считай, приручила, теперь ответ неси, — бабушка выплыла из горницы, неся блюдо с пирогами.

— Привет, ба. А где мама?