Книга Яга против!, страница 2 – Александра Логинова

— Рарог? Рарожиг! — обрадовалась я, кидаясь в объятия старого знакомца. Дядька Рарог часто заходил на чай к бабушке, советуясь и делясь новостями, попутно угощая меня конфетами, подарками и несильными воспитательными подзатыльниками в период дурного пубертата.

— Ох уж эта твоя привычка всем кликуши давать, — проворчал мужчина, крепко обнимая меня за плечи. — Ну-ну, будет, не дома.

— А ты у нас преподавать будешь, что ли?

— Буду, а тебе бабушка не говорила? Поди еще и отпускать тебя не хотела?

— Не хотела, — вздохнула я, отодвигаясь так, чтобы Рарог смог взять сундук. Слава Макоши, не переть эту бандуру самой в комнату. — Только мама всё равно настояла. Говорит, что образование нужно, а я думаю, она просто вину испытывает за то, что часто в командировки ездит и мы редко видимся.

— Ну, Слав, ты же не маленькая уже. Вернее, маленькая, но для меня и бабушки. А Янина в тебе преемницу видит и готовит тебя соответствующе, — улыбнулся мужчина, легко подхватывая мой багаж.

Хорошо иметь рядом таких дядек, для которых ты всегда маленькая непоседа, даже если тебе перевалило за сотню лет. Коридоры академии напоминали прямые палки, полые внутри и украшенные редкими дверями без малейших опознавательных знаков. Так и знала, что тут скучно.

— Раг, а, может, ну её, эту академию? — тоскливо спросила я, дергая за рукав мужчину. Вот чувствует моё сердце, не суждено ему стать моим преподавателем Рарогом, так и останется дядькой Рагом.

— Слава, а ну-ка быстро взяла себя в руки, — строго скомандовал дядька. — Руки по швам, грудь вперед, подбородок подняла и пошла навстречу знаниям. А то и приключениям, зная твою неуклюжесть, — нет, ну этот точно рассчитывал, что я не услышу.

— Да я уклюжая! — что они все заладили, будто я то и дело влипаю в неприятности. — Я себе два браслета на счастливый случай зачаровала. Вот, тебя встретила, чем не счастье?

— Тем, что учитель я строгий, Славка. Это дома ты из меня веревки вьешь, а здесь смотри мне, ни-ни. Никаких побегов, поняла?

— Совсем никаких? — чуть обижено похлопала я глазками.

— Совсем никаких. Ни дубовых, ни березовых, ни, прости Сварог, еловых, вообще ни-ка-ких. И в лес по ночам не бегать, а то рука не дрогнет наподдать по заднице так, что Ядвига мне эту руку пожмет и грамоту благодарственную вручит.

И за что мне, спрашивается, такое наказание? У меня в сундуке три горшка с ежевичными побегами еще неподкормленные, а он… Ладно, мои хорошие, никто вас не обидит и не отберет, я вас не отдам, самой мало.

Коридор уперся в винтовую лестницу, опасно оставленную без перил. Так ведь себе и шею сломать можно, если в темноте по ней шастать. Или на то и расчет, чтобы ученики по ночам в кроватях от тоски умирали, а не занимались чем-нибудь интересным?

— Правильно мыслишь, — подтвердил мои опасения Рарог. — По ночам строжайше запрещено спускаться на первый этаж, всё необходимое есть на втором. Как ты уже знаешь, второй этаж занимают спальни и гостиные, а также душевые и небольшой буфет самообслуживания для любителей ночных перекусов, — подмигнул он, непонятно на что намекая. Совсем непонятно, принципиально.

— Так ведь ночь — самое время для колдовства! — возмутилась я, здорово напрягаясь. Именно в свете луны как надо ложатся сильнейшие заклинания, под лунным светом настаивается большинство зелий, луной питаются ночные фамильяры. Сажик, конечно, не фамильяр, но тоже не любит проводить ночи в помещении.