Книга Кощеев не убивать!, страница 26 – Александра Логинова

Рассказчик продолжил вводить зрителей в курс дела, зловеще понижая интонацию:

— «Ну, что ж? Убит», — решил сосед. Убит!.. Сим страшным восклицаньем сражен, Онегин с содроганьем отходит и людей зовет. Зовет. Люди, ау-у-у!

Сцена осталась безмолвствовать.

— Могучий Уроборос, вразуми, — простонал Сеня, в гневе шваркая сценарием об пол. — Я так больше не могу! Каш, застрели меня.

— С радостью, — быстро откликнулся Кощей, доставая откуда-то из-под полы кафтана трофейный маузер. — Не шевелись.

— Это фигура речи, — споро отпрянул змей, пригибаясь к креслам. — Слава, там новая война не грядет? Что-то наш мрачный друг излишне нервничает в последнее время.

— Жениться пора, — философски вздохнула я, не обращая внимания на царапнувшую боль.

Это совершенно неправильно. Чувствовать боль и негодование, когда противоборствующая сторона стремится приумножить свою численность, вполне естественно для Ягинь. Жизнь мы или кто? Брак — это первая брачная ночь, часто заканчивающаяся новой жизнью. Тьфу, дилемма. Рождение прекрасно, но рождение очередного навьего царевича грозит глобальной катастрофой. Я и так младенчиков в роддомах благословляю чаще обычного.

— Слышал?! — внезапно проорал змей в глубину зала. — Жениться тебе пора!

В темноте мелькнуло бледное от злости лицо Костика. На всякий случай призвав силу, я махнула рукой опешившей нечисти, веля продолжать репетицию. Где-то сзади добрая Фрида погладила по руке разъяренного мертвеца, что-то успокаивающе шепча ему на ухо.

Разочарованные тухлыми страстями студенты с грустными вздохами вернулись к репетициям. Сцена постепенно покрылась туманом — спецэффектом от наяд, отвечающих за зрелищность и кадровую склейку в условиях классического театра. Если заученный текст льется ручьем, а нечисть больше не выеживается, я могу откланяться? Дел по горло.

— Что это у тебя?

— Г-газета, — на мгновение смутился юный домовой из стихотворцев. Его нетленку не пропустила цензура, и теперь дух бил баклуши в зале, жадно глядя на актеров.

— Дай-ка.

Человеческое издание кричало громкими заголовками, на которые стыдно обращать внимание, если бы не слово «Бросно» на третьей странице. Любительский репортаж заштатного корреспондента пестрил возбужденными формулировками: найденный труп гражданина заинтересовал следственный отдел с удвоенной силой, ибо на берегу Онежского озера нашли аналогичное тело — молодой юноша, умерший по неизвестной причине рядом с водой, но оставшийся абсолютно сухим. Подробности дела охраняются тайной следствия, однако «Прибывшие на место оперативники пришли в ужас от увиденного…».

Поди разберись, где взаправдашний ужас, а где — повод к вызову психиатра.

Однако сдается мне, что проверить надо. Труп наверняка давным-давно похоронили или кремировали, но местная водная нечисть всегда прячется на поверхности водоема, разглядывая нагрянувших людей. Возможно, мокроногие тут ни при чем, рядом с Онежским озером стоит многовековой лес, и беда могла прийти оттуда. В лесу изучить картину происшествия можно на раз-два, особенно если рядом будет Хозяин леса. А к воде можно взять с собой юхву… Хотя эта парочка коматозников дрыхнет на задних рядах, аки лягушки в холодильнике. И покидать академию самовольно можно только уведомив декана, что осложняет несанкционированную вылазку.