Книга Кофе готов, миледи, страница 101 – Александра Логинова

— Госпожа Гретта, – вскочила служанка при моем появлении, – я… Вот.

Она неловко махнула рукой в сторону стола, где стоял поднос с блюдом, накрытым крышкой.

— Я уже поела, спасибо.

— Я знаю. Пожалуйста! – прижала она руки к груди.

Я вздохнула и приподняла крышку. Моему взору предстала маленькая тарелочка с кашей, пирожок, несколько конфет и крошечная чашка с морсом. В ответ на мой озадаченный взгляд камеристка засуетилась и вытащила из передника крошечную ложку, завернутую в кусочек салфетки.

— Кукольный сервиз, – тихо шепнула она. – Который вы мне дарили, когда три пары из него разбили.

— Спасибо, – с одобрением сказала я, выпуская чертика на волю.

— Ух ты, каша! – счастливо улыбнулся чертенок и… кинулся к конфете.

— Э, нет, друг мой! Сначала каша, потом пирожок и только потом конфета. Или никаких конфет вообще.

После секунды молчания каша начала потихоньку убывать. Клятик уминал кашу со вкусом, не забывая поглядывать на конфеты и как бы невзначай двигаться в их направлении. Облизав последний фантик и сыто откинувшись на стопку, книг чертенок насупился.

— Я чистый. Мама всегда учила меня расчесывать хвостик и чистить копытца перед сном, – с вызовом сказал он, косясь на Миру.

— Помыслы клятов нечисты, от того нечистыми и кличут, – вздохнула служанка, подхватывая поднос с посудой.

— Наверное, ты ничего не понимаешь в чистоте, раз так говоришь, – глубокомысленно заключил бесёнок и погладил себя по кисточке хвоста.

— Я горничная ее светлости, я все знаю, – обиженное бурчание прервалось закрытой дверью. А я удивилась. У чертов есть мамы? Хотя… согласно преданиям моей страны у черта есть и мама, и бабушка, которые периодически принимают гостей. Но так буквально?

— Есть, конечно. Вернее, была, – погрустнел клятик в ответ на мой вопрос. – Люди её убили.

У меня защемило сердце. Странно они, конечно, относятся к смерти. Мой ребенок сразу был готов, что я его убью, даже не защищался. Может, для них смерть не так буквальна, как для нас? Может, их обратно в ад возвращают, когда здесь «убивают»? Откуда-то же он появился рядом со мной в лавке кузнеца. А до этого жил с мамой, но явно не в этом мире, иначе бы клятов было полно вокруг нас.

— А что значит «убили»?

— Убили – значит убили. Умерла она.

— Значит, вы не живете в аду и смерть не возвращает вас обратно?

— Почему же? Живем, – охотно согласился чертик. – А потом к вам приходим сюда. Но когда вы нас убиваете, мы просто умираем. Нельзя кляту через смерть вернуться домой, только когда клятва будет нарушена. Тогда мы вас сожрем и домой пойдем, – добродушно закончил ребенок.

— Вы… что? – волосы зашевелились, вставая дыбом. – Как это «сожрем»?

— Ну, не так прямо, конечно, – смутился он. – Все-таки некоторые из вас подолгу не моют свои копытца, невкусно вас кусать. Того железкодела я точно в рот тянуть не стану. Бе! – шертяная мордашка сморщилась. – Просто съем его магическую силу, которой он поклялся. Но ты не подумай, это как бы наша работа – забирать то, чем глупый человечка поклялся и чем пренебрег.

— Понятно. Значит, ты останешься со мной?

— Останусь, если та глупочка перестанет обзываться. И если мне не подожгут хвостик!

— Не подожгут, – успокоила я. – Только будь аккуратнее и тщательно прячься, чтобы тебя никто не увидел.