Книга Кофе готов, милорд, страница 77 – Александра Логинова

— Похитите давали о себе знать? Сообщали о похищении, требовали выкуп, предъявляли доказательства, что графиня жива и находится у них?

— Нет. В том, что девушка жива, не приходится сомневаться – угасание единственной наследницы рода Амори́ не пройдёт бесследно для Его Величества, о смерти он узнает в тот же миг.

— Тогда с чего вы решили, что она похищена, а не сбежала вместе со всеми? – изумилась я.

— И не появилась при дворе? Не дала о себе знать, не попросила помощи у короля, на коего могла рассчитывать, как всякая незамужняя леди дворянского происхождения, оставшаяся без попечительства отца, жениха или другого родственника мужского пола?

— Потому что это может быть небезопасно, вы не думали об этом? – воскликнула я чуть сильнее, чем было нужно

Увлеченный беседой граф резко замолчал и недоуменно посмотрел на меня, моргнув несколько раз. С каждой секундой его брови хмурились, а взгляд, витавший где-то в стороне, будто возвращался сюда, в кабинет администрации Большого Рога к нищей простолюдинке, выспрашивающей его о деталях скрытого от общественности дела.

Я с тем же недоумением посмотрела на советника. Чего это я? По ощущениям, разоткровенничалась больше, чем сам Коул, совсем забыв о маскировке под деревню. К счастью, непонятный поток откровенности захлопнулся с обеих сторон и господин советник теперь видел перед собой только городскую оборванку, которой хватает наглости разговаривать с лордом без пиетета и не хватает денег на приличное платье.

Мне для этого даже делать ничего не пришлось.

— Мисс, прошу, покиньте мой кабинет, – голосом графа можно было колоть лёд. – И не забудьте вашу досточтимую бабушку.

— Простите… А вы не могли бы проводить меня в отделение стражи? Боюсь, я заплутала.

— Вы пришли сюда из соседнего здания? – удивленно поднял брови Виктор, вставая со стола, на котором сидел без зазрения совести и поправ дворянский этикет.

— Я плохо ориентируюсь в незнакомом пространстве, – слегка нервно улыбнулась я, покидая кабинет вместе с его временным владельцем.

— А что привело вас в нерадушные объятия правоохранительной организации? Только не говорите, что намеревались заявить о пропаже бабушки.

— О пропаже котёнка.

— Котёнок? И вы хотите, чтобы стража нашла для вас нового котёнка?!

— Старого. В смысле, моего котёнка, который был мне очень дорог как подарок от близкого человека.

— Мисс, вы поражаете меня своей самонадеянностью. Кто вложил в вашу прелестную голову мысль, что отряд стражников бросит все свои дела, чтобы рыскать по помойкам в поисках пропавшего кота?

— Прелестного в моей голове только её содержимое, – хмыкнула я. Граф кинул на меня нечитаемый взгляд, придержав дверь в очередной коридор, но я была готова поклясться, что в глубине его глаз мелькнули искорки смеха.

— Самоирония украшает не хуже драгоценных булавок для волос, – сделал он ни к чему не обязывающий комплимент.

— Они её прекрасно дополняют. Спасибо, дальше я сама. Баба Мика, мы уходим, – громко сказала я, приметив притулившуюся в уголке старушку.

Невозмутимая старушка стояла носом к стенке, делая вид, что в жизни не видела такой интересной побелки. Я вопросительно посмотрела на городового, занявшего место дежурного.

— Наказана. Подлежит дисциплинарному взысканию, как старейший работник в сфере распространения городских сплетен, и приговаривается к подписке о невыезде до тех пор, пока не научится качественно делать свою работу.