Книга Кофе готов, милорд, страница 102 – Александра Логинова

— Не скажу, что эта бабка гениальна, но мыслит дельно, – ставил свои пять копеек мой личный слуга. – Я, честно говоря, первый раз слышу про роды-аффекты. И теперь мы точно знаем, что заговор был и очень качественный, готовящийся не менее полутора лет. Некто сумел перекупить начальника стражи и не просто купить, а убедить следовать за собой. «Искренние заверения», «исключительная преданность»… купленные люди не называют себя последователями.

Ох, блин. Это так я избежала фронта, да?

— Ты же не хотела воевать? – вторя моим мыслям, ехидно усмехнулся гаденыш. – Значит, будешь разматывать крысиный клубок, пока некий крысиный король не откусил нам головы.

— Не хочу, – иррационально и по-детски закусила губу я. С детства боялась любых конфликтов, старалась избегать драк, боли и ругани. Понимаю, что сейчас никак по-другому, но страшно-то как!

— Или мы их, или они нас. Ни за что не поверю, что твой бизнес обходился без оскалов и сражений, – прошептал мне на ухо юноша так, чтобы отвлекшиеся слуги не услышали. – Справлялась же? Если мужа не было, значит, сама всё преодолевала. Просто обманывала себя, что это не по-настоящему, это цивилизованно и всегда есть надежда на закон. Но, знаешь, когда дело доходит до денег, ни один закон ни в одном мире не сможет сдержать людскую жадность, злобу и желание отнять чужое. Только мы сами можем защитить то, что нам дорого, потому что деньги – это инструмент для сохранения настоящих ценностей.

Черт возьми… Свои первые доходы с открытой кофейни я потратила на лечение. Здоровье было так дорого, что я не раздумывая влила кругленькую сумму на его поправку. Моя квартира, машина, памятники родителям, нужные и дорогие подарки своим сотрудникам, анонимные пожертвования в приюты для животных – все это было для того, чтобы чувствовать себя человеком. Для того, чтобы радовать себя и других, помогать тем, кому это срочно необходимо. Потому что тот, кто говорит, что не в деньгах счастье, просто не знает, сколько стоит то, что делает нас счастливыми. И да, я всегда встречала трудности в лоб, не воспринимая их как поле боя, а как очередную задачу, которую нужно решить, даже если эта задача – вышвырнуть пьяных посетителей в восемь утра, потребовать положенные мне льготы для выплаты налогов или обличить жулика, пытающегося продать некачественный товар.

Кажется, новой задачи мне не избежать, и пора принимать решение: выступить ли против заговорщиков или трусливо спрятаться под одеяло. Страшно? Еще бы. Особенно за этих квохчущих людей, обнаруживших пойманную в мышеловку мышь под порогом. Но если мы ничего не предпримем, то опасный механизм защелкнется уже над нами, сломав наши шеи.

Вряд ли тот, кто стоит во главе произвола, разом передумает меня убивать. А свою жизнь и жизни моих людей я ценю слишком высоко, чтобы ими разбрасываться. Мы еще повоюем.

— Вижу, кто-то объявил войну подонкам, – улыбнулся подросток. – Мне уже боязно за их шкуры, но пригаси пламя, сначала тактическая разведка.

— Кстати, – очнулась я. – Что ты там написал, уникум?

— Не-не-не, ничего, – бумага с надписью «Завещание» исчезла со стола раньше, чем я успела её перехватить. – Это просто коварный план, как сбить с толку врагов и преследователей, если вдруг они сюда проберутся.