Книга Лечить нельзя помиловать, страница 74 – Александра Логинова

— Фальшивые документы?

— Угу. Зато я на сто процентов уверен, следили за мной. Значит, рано или поздно дадут о себе знать. А у вас какие успехи?

— Сомнительные, — ясно, что спрашивает о его проблеме, а не о моей работе в целом. — Алеон, меня не пускают в секции, посвященные божественным дарам. А в медицинском разделе ничего о таланте. Да еще смотрят косо… некоторые.

Маркиз оторвался от баранины, минутку подумал и согласно кивнул. Деловито терзая мясо, он выглядел, как голодный пещерный человек, на которого побрызгали аристократизмом. Беспорядочно взлохмаченные волосы, отросшая чуть больше положенного щетина и пара глубоких мимических морщин, прорезавшихся из-за усталости. Таким он нравится мне гораздо больше, чем вылощенным дворянином в безукоризненно чистых одеждах. Сразу видно — человек занят делом, отдаваясь ему со всей душой.

В сущности, неплохой у меня «жених», приемлемый. Явно лучше присутствующих здесь снобов.

— Эрла, предлагаю решить проблему с косыми взглядами, — внезапно сказал мужчина.

И так сказал, словно давно готовился, а тут подвернулся удобный случай.

— Что насчет смены пациентов? Вряд ли вам приятно возиться с горожанами, иногда имеющими вшей и гнойники. Моя невеста достойна большего.

— Что ты имеешь в виду? — Рука от неожиданности дрогнула, и вилка слишком громко стукнула о край тарелки.

Алеон на секунду замялся, но объяснил:

— Возможно, вам стоит переключиться на лечение аристократии? Перейти на новый уровень: деньги, знакомства, слава. Поймите, невеста маркиза не может лечить каждого прохожего.

— Да что ты? — надеюсь, его ударили по голове в трущобах, вот и помутился рассудок.

— Алевтина, не ехидничайте. Ходят слухи, что вы лечите даже женщин из дома Нот-Блан от срамных болезней. Это угроза моему доброму имени, а мы так не договаривались.

«Даже»! Какое жуткое лицемерие — презирать проституток за половые инфекции, противопоставляя их дворянам. А ведь ночные бабочки подчас и не знают названия тех болезней, которыми болеют «благочестивые» дворяне. Иронично, но каждая новая болезнь в доме Нот-Блан появляется после зашедшего ловеласа голубых кровей.

— Не только их. Рассказать, представителей скольких болезней вы приветствуете на высокородных вечеринках?

— Вам же лучше, — не смутился фазан. — Работы полно, только подставляйте кошель. Вас же интересуют деньги? А меня интересует репутация.

Деньги… Жалкие медяки, которые приносит трясущаяся и седая от ужаса женщина, умоляя избавить ее от подарка нового клиента. А заодно от синяков на лице, вывиха плеча и внутренних разрывов. То, что не лечат неодаренные знахари и брезгуют лечить целители-мужчины, ломя непомерную цену.

— Не притворяйтесь великодушной особой, — раздраженно скривился капитан, прочитав ответ на моем лице. — Где ваша алчность? Я гарантирую вам троекратное увеличение дохода, а вы играете в дворянскую честь. Настолько свыклись с ролью будущей маркизы?

Смятая салфетка полетела на стол. Рывком поднявшись с места, я окинула взглядом напряженную фигуру гвардейца и развернулась на выход. Хочет играть на моих нервах — пусть ужинает в одиночестве. Другого не заслуживает, каналья. Заодно расскажет тарелкам о постыдности лечения бедняков и благородности заразных титулов.

Сволочные аристократы, будьте вы прокляты!