Книга Право кулинарного мага, страница 156 – Александра Логинова

— Готова к труду и обороне?

— Так точно, мэм, — Янита шутливо взяла под козырёк, перехватывая свободной рукой старый чемодан.

В отдалении высились коробки со списанной кухонной утварью, пережившей пожар, потоп и слёзы нашей хронической неудачницы. Отчисленная девица без образования покидала дворец.

Я опытная женщина, лишенная сентиментальности, я не буду плакать. Но точно буду скучать по широченной улыбке самой задорной поваришки, бывшей на моих поруках. Остальные феи тоже хлюпали носами, чувствуя необъяснимую вину. Это лето должно было закончиться хорошо, а закончилось с потерями в кулинарных рядах.

— Кулинарию не бросай, ладно? Слуги слугами, но хороша та жена, что способна испечь мужу блинчиков.

— Татьяна Михайловна, да я же сама слуга, — девушка рассмеялась, ласково поглядывая на загрустивших приятельниц.

Скандалы и интриги канули в Лету, теперь дружить против мадемуазель Катверон бессмысленно. Вместе с Янитой исчезнут поводы делано сердиться и смеяться над особо забавными катастрофами, пропадет абсолютный оптимизм. Даже фраза: «Всегда есть, куда хуже», сопровождающая сгоревшие пироги, исчезнет вместе со злокозненным проклятьем.

Кулинарные курсы станут безопасными, но лишатся огромного осколка уникальной души.

К чести Яниты, она великодушно всех простила, дрейфуя на своей волне. Тонкая березка гнется там, где вековой дуб сломается, — будучи еще несформированной личностью с мягким характером, мадемуазель научилась приспосабливаться к потоку фиаско, извлекая из провалов внезапную пользу. Остается только позавидовать высокой адаптивности этой малышки.

— Иди уже, «слуга», тебя кавалер заждался.

Граф фон Вальтер вежливо ждал поодаль, командуя спортивными лакеями из личной прислуги. Он успел преподнести каждой феечке по маленькому букетику анюткиных глазок в знак извинения за проделки его банды. Новая кухарка поместья фон Вальтера тщательно спрятала волнение за беззаботным смехом.

Бабушка Яниты хлопнулась в обморок, узрев перед собой хмурого придворного аристократа, явившегося за серьезным разговором. Пришлось мне выступать посредником между дворянином и челядинкой как независимое и свободное лицо. По итогам трех чашек кофе и маленького скандальчика юная мадемуазель Катверон переезжала к кавалеру на полный пансион, занимая должность младшей кухарки, с обязанностью поступить в столичный университет. Стоимость обучения исчислялась шестью нулями, но граф, скрипя зубами и суставами, пообещал оплатить образование.

Разумеется, не задаром. Яните вменялось в обязанность посвятить все свои научные студенческие работы проклятию неудачи. В случае успеха любые открытия запишутся на счет фамилии фон Вальтера, как и способ ослабления или полного снятия проклятия вместе с патентом на изобретенные печати. Условие аморальное, но выбирать не приходилось. А молодые и вовсе не обратили внимания на эту возмутительную приписку, смотря друг на друга гормонально ошалевшими взглядами.

— Постарайся не обременить себя до свадьбы.

— До конца учебы — ни-ни, — девушка категорично помотала головой. — Мсье фон Вальтер и сам не позволит появиться на свет бастарду, будьте спокойны.

— Послушай, — Эсми наконец-то решилась. — Спасибо тебе. И прости, что цеплялась по мелочам.

В комнате мадемуазель Линдерштам рассыпаны «письма вежливости» с предложениями подзаработать на желудках дворцовой аристократии. Министр живо поделился впечатлениями о вкуснейших блюдах кулинарки, подающей большие надежды и пока свободной от индивидуальных заказов.