Книга Право кулинарного мага, страница 127 – Александра Логинова

— Таким образом, умение читать магические печати необходимо каждому магу, прошедшему стадию адепта, — какая же я молодец.

— Угу, — барон с отстраненным видом подвинул к себе бланк.

— Сорок баллов?!

Да он издевается! Процитировала главу из учебника со всеми выдержками, примерами, терминами и исторической справкой. Заслуживаю сто процентов правильного ответа, какие ещё сорок жалких баллов?!

— Гхм, — стальной взгляд бритвой пресек возмущение.

Р-р-р-р!

— Трансформация неорганической материи — это изменение структуры и свойств материалов, не имеющих в составе углерода.

От злобного скрипа зубов даже артефакт принялся гудеть потише. Двойное предательство! Клянусь борщом и пресвятым холодцом, каждому подмешаю слабительное в суп. Преступная беспечность — злить человека, из чьих рук принимаешь еду, да ещё и профессиональной владычицы ножей. Зато на трансформации неорганики я съела собаку ввиду простоты механизма изменения материи. Если барон не поставит мне девяносто баллов, я его…

— Прокляну, — вырвалось тихое рычание от цифры «семьдесят» на бланке с баллами.

Марк обалдело поднял голову, посмотрев на меня с немым изумлением.

— Прием, — артефакт записи зашипел, донося потусторонний голос. — Студентка Энгерова, поздравляем, вы набрали минимальную сумму проходных баллов по результатам теоретической части экзамена. Приступайте к практике, на испытание отводится сорок пять минут.

Дрожащее марево, разделяющее аудиторию, начало опадать, явив доселе сокрытое. Вторая половина комнаты выглядела как скромная домашняя кухня без претензий на профессионализм. Один холодильник, раковина, плита, чайник и кухонный комбайн весьма старой модели.

— Приступаю.

Готовка из ингредиентов, выданных специально для экзамена. Классическое кулинарное испытание, где набор продуктов ограничен или крайне разрознен: от кориандра до морских водорослей. Проверяется багаж рецептов повара, умение адаптироваться к стрессовой ситуации, сочетать конфликтующие ингредиенты и делать вид, что так и задумано.

Готова спорить, шеф Октé приложил руку к содержимому продуктовой корзины. Продуктов вдосталь, но… Не без подставы. Два килограмма муки и ни грамма дрожжей или разрыхлителя, отличная мясная вырезка и ни единой специи, первосортная морская рыба… фугу, уже порезанная на ломтики чужой рукой, а значит, неизвестной степени безопасности. Даже сахар исключительно тростниковый, колотый крупными кусками, и мёд — засахаренное нечто на донышке банки. Из зелени только кинза, которую многие не переносят за резкий запах, и сельдерей. Ах да, ещё мята, целая охапка, издевательски смотрящаяся на фоне стопочки сливок, нужных во многих блюдах.

Ножи — дрянь, тупое орудие пытки злобного расчленителя. В шкафчиках вместо привычной соды и уксуса только плитка горького шоколада с белым налетом. В банку для чая трудолюбиво собрана пыль индийских дорог, которую предлагается подавать в изысканном фарфоровом сервизе с серебряным узором. Творите, мадам Энгерова, ни в чем себе не отказывайте.

Но самая большая подстава притаилась на нижней полке.

— Они знают, что сыр с плесенью не нуждается в испорченном аккомпанементе? — я хмуро вытащила из холодильника воняющее нечто.

Императивно розовая колбаса поглядывала на меня свысока, прикрываясь пушисто-склизким охранником, выросшим прямо на ней. Рядом возлежал такой же белый и пушистый хлеб, издевательски предлагая сделать бутерброд из троицы плесневых друзей.