Книга Требуется ходячее бедствие, страница 21 – Александра Логинова

— Вы еще кто? – жалобно спросила графиня, промокая нефритовые щеки платком.

— Екатерина, ваша новая попаданка.

— Вы! – Элианна обличительно взвизгнула. – Это ваша вина!

Морально я, конечно, была готова. Бегающий взгляд Франца заранее предупредил: отныне все косяки будут спираться непосредственно на мисс попаданку, как ответственное за проблемы лицо. Но вот так с ходу оказаться виноватой в чужой криворукости – увольте.

— Разумеется моя, – ответила я сладким голосом. – Эта попаданка априори виновата, именно она год назад сменила штат прислуги с умелых горничных на десантниц и разгильдяев-лакеев.

Графиня захлебнулась криком, уставившись на меня в глубоком шоке. По толпе очевидцев пополз шепот: что за ведьма эта девица, если успела пронюхать о событиях годовой давности, едва оказавшись в замке. Две стоящие подле графини девушки одарили меня одинаково изучающими взглядами: уже знакомая леди Флора задумчиво сощурилась, незнакомая леди сложила губы в куриную гузку.

Кстати, эта вторая дама орала едва ли не громче самой графини, пока мы с Кедрой боролись за мое право не участвовать в конфликте. Я внимательно оглядела присутствующих, не боясь открыто встречать их наглые взгляды.

Пять человек, одетых в форму, – слуги, и десять праздных красивых бездельников, собравшихся поглазеть на драму. Леди закрывались веерами, пряча истинные выражения лиц, джентльмены ухмылялись, не таясь, – им казалась забавной бытовая трагедия. Глаза хорошенькой графини увлажнились, губы предательски задрожали.

— Плюньте и разотрите, ваша светлость. Зачем вам этот столик?

— Позировать, – леди вытерла сбежавшую слезинку, стыдливо оглядевшись по сторонам. Кажется, до нее только сейчас дошло, сколько людей жадно наблюдают за ее истерикой. – Для свадебного портрета.

— Возьмите другой.

— Не могу! Именно на этот геридон опирались все маркграфини, когда их рисовали портретисты.

— Опирайтесь на мужа, делов-то. Вы для какой цели замуж идете? Чтобы всю жизнь на стол опираться вместо твердого супружеского плеча?

— Н-но…

— Какая невоспитанность! – прошипела девушка, стоящая по правую руку. – Что эта девка понимает в придворном этикете?

Хо-хо, не на ту улицу вы заехали, дорогуша. По истории у меня была твердая пятерка.

— Зеркальце подать? – раздраженно осведомилась я. – Придворный этикет уместен в королевском дворце, а здесь всего лишь поместье маркграфа. Будете путать, и их величества сочтут такие инсинуации оскорбительными.

Дамочка прикусила язык, закрывшись вычурным перьевым веером. Чуть пухленькая, на полголовы ниже Элианны, она вырядилась в цветастое платье с бобровым воротником, кринолином и драгоценными камнями, усыпанными по подолу. Дорогостоящая конструкция тянула даму вниз, но она гордо изгибала шею, желая возвышаться надо мной, как королева над нищенкой. Пробившаяся в первые ряды Кедра безапелляционно указала пальцем на скандалистку.

— Мисс Падма Коста.

— Да как ты смеешь? – задохнулась дамочка. – Я доверенное лицо твоей хозяйки, за подобные жесты можно и руки лишиться!

«Хозяйка» прикусила губу, неуверенно переглядываясь с леди Флорой, мягко поглаживающей ее по руке. Обе аристократки были неуловимо похожи, только одна – яркая огненная красотка, а вторая – ее тень. Заручившись поддержкой подруги, леди Элианна глубоко вздохнула и приказала утащить расколотое безобразие с глаз долой.