Книга Требуется ходячее бедствие, страница 19 – Александра Логинова

— Служанка должна быть достаточно образованной, чтобы рассказывать мне о вашем мире, – настаивала я.

Через полтора часа Франц был готов отдать что угодно, лишь бы я ушла. По его приказу в кабинет вошла одна из тех горничных, которые тащили попаданку в комнату, – девица спецназовского вида, выше меня на голову и готовая соревноваться шириной плеч с любым десантником. Грубое коричневое платье буквально трещало по швам, обтягивая внушительные мышцы этой дамы, представившейся Кедрой.

— Любите тайгу? – конфузливо спросила я.

— На строительстве плотины кедр лбом свалила, – ответила она.

Бедное деревце! Лицо Кедры было выразительным, как бейсбольная бита: простые округлые черты, маленькие карие глаза с короткими, едва заметными ресницами, редкие волосы, стриженные под мальчика и убранные под чепчик. Такая смело может обрядиться в доспехи, и никто не догадается о ее тонкой душевной организации. Однако, в мнимой простоте служанки я убедилась почти сразу.

— Здесь говорят по-русски?

— Нет. С вами говорят на межмировом языке.

— Но я-то говорю по-русски.

— Нет. В зеркало смотрели?

— В комнате? Смотрела, – мы шли в мои новые покои, и Кедра рублено отвечала на вопросы.

— Какой узор был на раме?

— Паутинка, – шутить и болтать с ней совсем не хотелось.

— Это Кружево миров. Где-то среди переплетений паутины есть ваш мир, он должен был засветиться, когда вы глядели в отражение.

Гхм, боюсь, в тот момент я рассматривала свои запасные килограммы и наверняка списала свет на блеснувший луч солнца. Везучий случай, отвечающий за распределение попаданок, имеет некую совесть, поэтому дает базовые навыки адаптации людям, угодившим в другие миры. К ним относится язык, стрессоустойчивость, иммунитет к особо зверским болезням и толика удачи.

— Кедра, что такое Тьма?

— Никто не знает, – служанка пожала плечами. – Она появляется на стыке земляной коры там, где вырывается магма, и расползается по поверхности.

— То есть из вулканов?

— Нет, вулканы спят на краю земли, – она помотала головой. – Тьма рождается в ущельях, каньонах и пещерах, иногда появляется в лесах или на дне озер.

— Понятно, – я отвела глаза, чувствуя мурашки, бегущие по спине. – Меня зовут Екатерина, можешь звать Катей.

— Мисс Екарина, ваша комната налево.

— Екатерина. Боже, так сложно запомнить?

— Сложно, – отрезала Кедра. – Мисс попаданка, люди только недавно приручили котомó, я не рискну навлекать на себя гнев Тьмы.

Спросить, что такое котомó, я не успела, поскольку горничная без слов открыла дверь и настойчиво подтолкнула меня в покои. Наверное, раньше Кедра работала в тюрьме, где научилась превращать любую комнату в камеру строгого режима. Выбитые мною апартаменты смело претендовали на люкс, включая в себя спальню, гостиную с обеденным столом, лоджию, оборудованную под кабинет, и личный туалет с упомянутой каменной чашей без слива. Ванная оказалась с сюрпризом, который я обнаружила по чистой случайности и глубоко задумалась.

— Кедра, а как у вас моются?

— Во дворе женские и мужские помывочные. Благородные раз в неделю по понедельникам с шести вечера до девяти, слуги – раз в десять дней.

— И все?!

— Бочка с травяными настоями только для графини. Обустраивайтесь, госпожа попаданка.

Когда пришли две швеи, Кедра профессионально поставила их лицами к стене, устроив досмотр вплоть до нижнего белья. Напуганные произволом женщины жутко оробели и, заикаясь, спросили, чего угодно моей душе. Стоило мне сбросить плед, оставшись в одной пижаме, как дамы синхронно ахнули.