Книга Требуется ходячее бедствие, страница 159 – Александра Логинова

Ученый застыл, широко открыв рот как голодный котомо. Зубы у него были белые, крепкие и удивительно здоровые для человека, обладающего врожденной малокровной бледностью и близорукостью. Впрочем, я уже убедилась, что внешность Винсента обманчива – под теплой домашней кофтой скрывается спортивное, сильное тело вчерашнего мечника с королевской осанкой.

— Быть не может, – сказал он с пересохшим горлом.

— Оказалось, у камней есть свои гены. Но вы правы, деревья в мире вортанов давно неспособны расти. Франц говорил, что их корни высохли, а ветви превратились в труху, обтянутую дряхлой корой. Догадываетесь почему?

Мистеру Эшфорту понадобилось всего несколько секунд, чтобы догадаться.

— Разность времени.

Лета в мирах бегут по-разному. Здесь рдаговые деревья стали легендой, исчезнувшей в далеком прошлом, а мир коротышек прямо сейчас видит конец эпохи – ссохшуюся, одряхлевшую популяцию этих деревьев.

Добыть живой росток мертвого дерева – задача прямиком из сказки. Принести то, не знаю что: милорд не знал, где искать саженцы рдаговых деревьев, хотя растут они повсюду, столько только выйти из портала – наткнешься на уродливые призраки флоры.

Я тяжело сглотнула. Сказал одно слово – закончи предложение.

— Мой лорд не ботаник, он делец с широкой душой. Росток должен был стать подарком на вашу свадьбу, господин.

— Нашу свадьбу?..

— Вашу. А доля в альянсе – наследством вашего с Элианной ребенка.

Когда смысл слов дошел до него, Винсент натурально схватился за голову. Измученный до исступления мужчина вцепился в волосы, издав полустон-полурык раненного зверя, забывшегося от боли. Осознание правды накрыло его прибоем. Винсента затрясло от ужаса и стыда.

— Он думал, что я возлежал с его невестой? Со своей бывшей студенткой? С девчонкой, которую качал на руках во младенчестве?!

Звучит паршиво. Мистеру Эшфорту было шестнадцать, когда родилась Эла, и, состоя с ней в далеком некровном родстве по линии Торрес-Ланкрофт, он наверняка был на именинах новорожденной наследницы.

— Она правда вам не нравится? – ревниво спросила я.

— Правда! – в сердцах воскликнул он. – Нет, подумайте только! Я всыплю этому маленькому засранцу десять розог, чтобы впредь рассуждал головой, а не отросшей женилкой!

Я села ближе. О да, сейчас! Пальцы удовлетворенно пробежались по каменным мышцам Винсента, напрягшимся от эмоций, и принялись тихо массировать его голову. Невольно вздрогнув пару раз, ученый постепенно успокоился. Какое непередаваемое наслаждение.

— Франц все еще ваш милорд, – я тихо наклонилась к его уху, вздумав чуть-чуть пошалить.

Тонкие волоски на виске вздрогнули от моего дыхания. Мужчина поежился, но остался доверчиво сидеть.

— Давай на «ты», – внезапно предложил он, не поднимая глаз. Невозможно милый!

— Давай.

— Катя, я… – господин взял меня за ладонь. – Должен кое-что тебе сказать.

Боже, если ты слышишь, отпусти мои грехи – я сейчас умру от волнения.

Сердце сумасшедше затрепетало, учащая пульс; кровь зашумела в моих ушах. Чтобы не упасть, я обмякла и буквально повисла на спине мистера Эшфорта. Выглядит даже интимно, и мне восхитительно на это плевать. Неужели мои чувства взаимны?

— Если сказанное тобой – правда, я отправлюсь к вортанам вместо брата, – Винсент без возражений подставил мне свою широкую спину. – Если нужно прочесть исследование семьи Матт-Янг… Если нужно поговорить с лордом Янгом, я это сделаю.