Книга Проданная замуж, страница 7 – Лина Венкова

Даже если допустить, что он испытывает ко мне истинную симпатию (во что мне верится с большим трудом) — почему тогда он не попросил моей руки у папеньки? Все оформилось бы крайне чинно и благородно. Я смогла бы с гордостью зваться его невестой. Но Димитрий почему-то решил, что выкупить меня у бабушки Ребекки будет легче, чем попросить моей руки у отца, который сам по себе горел желанием выдать меня замуж. Во всяком случае, в нынешней ситуации я скорее вскроюсь, чем лягу рядом с купившем меня человеком, даже после нашего венчания.

Наш путь приблизился к завершению лишь поздним вечером. После целого дня тряски на ухабинах я находилась в ужасном настроении. Я ни разу за все время поездки не вышла из экипажа — Димитрий утверждал, что до церемонии венчания не должна показываться кому бы то ни было на глаза. Все, что мне было позволено — это незаметно поглядывать из-за шторы на проплывающие мимо пейзажи нашего немаленького графства.

Альвийский парк потряс меня своим обилием зелени и цветов. Я во все глаза разглядывала высившийся вдалеке огромный замок, не уступающий в величии — я в этом не сомневаюсь — даже королевскому дворцу. Наверное, это единственная положительная нотка моего нынешнего состояния — все-таки, жить в таком красивом месте тоже в каком-то смысле привилегия.

— Понимаю ваши чувства, Джейн, — с каменным лицом произнес Димитрий, подавая мне руку. — Я сколько лет уже здесь живу, все никак не могу привыкнуть к необыкновенности Альвиона.

— Альвиона? — вежливо переспросила я, сжимая его холодные пальцы и выбираясь из кареты. Димитрий не отошел, и я оказалась с ним лицом к лицу, предельно близко. Дабы не показаться слабохарактерной, мне пришлось бесстрашно поднять взгляд вверх и не отворачиваться, с трудом выдерживая как его прикосновение к моей руке, так и пристальный взор его серых глаз.

Но я не смогла. Мне пришлось отвернуться, ибо он наклонился еще ближе, и меня пронзила мгновенная мысль — он хочет меня поцеловать? Чудовищная наглость! Я едва удержалась, чтобы не одарить его звонкой пощечиной. Не могу понять, на что он надеялся? Обыкновенный богатый мерзавец, ничего особенного.

Граф, хоть и поначалу растерялся, быстро взял себя в руки. Он кивнул в сторону парка — изначально я подумала, что он желает прогуляться. Я сразу признала это плохой идеей, ведь после утомительной поездки мне хотелось чего угодно, но никак не прогулок, пусть и по столь величественному месту. Но, проследив направление его взгляда я смогла заметить белоснежный шатер, умостившийся среди вековых дубов. На меня обрушилась беспощадная истина — через каких-то несчастных полчаса я окажусь замужем за наименее желанным для меня мужчиной во всем мире.

Выбора как такового не было, и я зашагала рядом с ним, трижды проклиная каждый дюйм этой ненавистной земли.

— Альвион, — возобновил Димитрий наш разговор. — Так мой дед, Инджимер Грейсон, пятый граф Альвийский, назвал наш дворец.

— Смею предположить, имение получило свое имя в честь парка?

— Именно, — подтвердил граф. — Название самого парка происходит от нормандского слова "Альф", что означает, как нетрудно догадаться, "Эльф". Существует легенда, что одна из женщин в роду Грейсонов среди ночи отправилась в парк понаблюдать за ночными танцами эльфов. Неизвестно, увидала ли она искомое, но ее саму так и не нашли. Оставленная ею записка позволяет лишь угадывать судьбу бедняги.