Книга Измена. Жена на продажу, страница 33 – Лина Венкова

Успокаиваю дыхание. У меня ничего нет. Кроме малыша Рэймса мне нечего терять. Нужно понаблюдать, пока здесь сравнительно ничего не происходит. Понаблюдать, и найти союзников. Не сомневаюсь, что многие девочки с радостью убегут отсюда.

В животе урчит. С досадой вспоминаю, что забыла корзинку с едой в келье у Шанилы, когда убегала оттуда. Но тут слышу звон, оповещающий о скорой вечерней молитве. Надо спуститься и смешаться с толпой послушниц. Я хоть и одета не так, как они, всё равно на людях безопаснее.

А там и ужин не за горами.

Спускаюсь вниз, вместе с другими девочками выхожу во внутренний дворик, к большому изваянию Великой Драконицы. Пока все ей кланяются и шепотом возносят молитвы, я замечаю то, от чего кровь стынет в жилах.

Многие находящиеся тут девушки — беременны. Каждая третья так точно.

На площади появляется Высокий Жрец. Все склоняют головы в молитве, но только не я. Наоборот, пытаюсь рассмотреть и увидеть как можно больше. И меня пугает то, что я вижу.

Многие девушки явно из «свеженьких». Тех, кто служили в храме, когда здесь ещё была я, практически нет. Притом заметно, что многие девчонки явно из богатых семей: у них хорошая кожа, аккуратные ногти красивой формы, румяные личика. Они явно не были бездомными, когда их брали в приют при этом храме.

Мимо прохаживается хряк Иммолио, и я торопливо закрываю глаза и шепчу молитву, слова которой уже давно отпечатались на подкорке. Даже он не настолько влиятелен, чтобы помешать обязательным утренним и вечерним ритуалам.

Какой ужас здесь творится?! Неужели это Имо сделал? Столько горечи! Но ведь я уже подметила, что не все они приютские, и явно не все из бедных семей.

— Бьянка! — слышу тихий шепот рядом.

Кто-то берёт меня за руку. Торопливо открываю глаза, и не могу поверить собственной удаче. Это девочка из нашей комнаты, Кейли! Мы с ней особо не дружили раньше, но сейчас встретить старую знакомую приятнее, чем найти мешок драгоценностей.

Она улыбается. Это даёт надежду, что она рада видеть меня так же, как и я её.

— Кейли! Слава Великой Драконице! Я думала, что здесь уже никого не осталось! — шепчу радостно, хватая её ладонь обеими руками.

Несколько соседних послушниц с негодованием смотрят на нас. Я чинно складываю ладошки и возвращаюсь к молитве, а Кейли внезапно ставит их на место.

— Девчонки, забыли слова? Захотелось переночевать в башне?

Они пугливо от нас отворачиваются. Когда Кейли снова смотрит на меня, я замечаю вышивку на её одеянии — изображение драконицы, изрыгающей огонь.

— Ты дослужилась до Страшей Сестры? — спрашиваю шепотом, — молодец, конечно! Но ведь ты хотела бежать?!

— Сбежать проще, когда имеешь власть, — коротко отвечает Кейли, — я приду за тобой после ужина. Есть о чём поговорить. Где тебя поселили?

Развожу руками.

— Сама ещё не знаю.

— Ладно. Решим.

Она уходит. В движениях Кейли появилось что-то новое. Какая-то деловитость, властность, что ли… И, когда я возношу Великой Драконице вечернюю молитву, в моей голове крутится единственный вопрос.

Кейли уже закрывала кого-то в башне на ночь?

В молитвенный шёпот вплетается сильный голос Высокого Жреца, и я поднимаю на него осторожный взгляд. У Жреца изменился голос. Стал сильнее, звучнее. Но в его тоне появилось что-то отчуждённое. Такое, от чего я покрываюсь мурашками.