Книга Темный генерал драконов. Страж ее света, страница 47 – Екатерина Борисова

Но обезумевшая демоница Эона не слушает меня, бьёт огромным хвостом по собственной статуе и отбивает огромный кусок.

Одна из ног мраморной богини летит прямо на меня.

Я бы хотела отпрыгнуть, но не могу.

Я всё ещё надёжно привязана к алтарю. Дёргаюсь и зажмуриваюсь, ожидая свою скорою гибель.

Рядом со мной раздаётся жуткий скрежет и грохот, мои ноги обдаёт каменной крошкой. Но я сама цела и невредима.

Открываю глаза и кричу.

— НЕТ! КАЙРОН!

Надо мной склонился мощный тёмно-синий, почти чёрный дракон. Расправив могучие крылья, он заслонил меня от многотонного куска мрамора и принял удар на себя.

Я вижу в его ярко-синих глазах облегчение оттого, что он успел меня спасти.

Но тут же огонь его драконих глаз медленно гаснет.

По тёмно-синей чешуе, радужно мерцающей в отблесках огня, струится ярко-красная кровь.

Тонкими струйками она стекает по шее и крыльям, оплетает могучий торс и рубиновыми каплями падает прямо на грязный, заляпанный скверной пол.

— Кайрон! — я задыхаюсь от ужаса.

Так не может, не должно быть!

Кажется, что даже войны и демоны замирают, обращая свои взоры к нам.

Я дёргаюсь изо всех сил. Склизкие путы впиваются в мои запястья, разрывая мою плоть. Тёплая кровь струится по моим ладоням. Но мне плевать.

— Кайрон! Не смей! Не уходи! — кричу я, с ужасом глядя, как дракон напрягается, скидывает с себя огромную глыбу грязно серого мрамора и медленно оседает.

Его силы тают, а я совсем ничего не могу сделать.

— Кайрон! Любимый… — слёзы на моём лице смешиваются с золой и падают на алтарный камень.

Я чувствую, как сердце в груди болезненно сжимается. Чувствую, как по телу расползается леденящий ужас и сжимает мои внутренности когтистой лапой. Так не должно быть! Он не может! Только не он!

В ответ на подступающую ко мне истерику неожиданно откликается мой свет. Крохотный испуганный комочек, загнанный Эоной глубоко-глубоко, начинает медленно, но уверенно пульсировать, разрастаться и, наконец, вспыхивает жарким огнём в моей груди.

Живое мощное тепло струится по моим венам, стекает по ладоням, разъедая демоновы оковы.

Я сваливаюсь с алтаря и бросаюсь к любимому.

— Кайрон! Кайрон! Открой глаза, — я укладываю себе на колени его голову, убираю с лица чёрные слипшиеся от крови пряди волос и целую холодеющие губы.

— Элара, — шепчет он, морщась от боли.

Кайрон собирает последние силы, поднимает руку и касается моей щеки.

— Не плачь, — его губ касается лёгкая улыбка.

Он хочет сказать, что-то ещё. Но его глаза закатываются, а рука безвольно падает на грудь.

— Нет! — кричу я, привлекая внимание всех демонов и воинов в огромной пещере. — Прошу, не умирай! Я люблю тебя, Кайрон!

Я наклоняюсь над возлюбленным, обнимаю его двумя руками, до боли и дрожи в пальчиках сжимаю камзол на его груди и всхлипываю.

— Значит, любишь, — едва слышно произносит он. — А я думал, что ты испугалась меня и сбежала, Элара! Чуть с ума не сошёл…

— Зачем ты сделал это? — с ресниц срываются слёзы. — Зачем…

— Глупенькая, — в его хриплом голосе проскальзывает тепло и ласка, — потому что люблю…

Его голос обрывается на выдохе.

Неужели?

— Нет! — кричу я и падаю ему на грудь.

Обхватываю его стремительно холодеющие ладони руками и пытаюсь их согреть.

Сама не знаю, зачем затягиваю старинную балладу о том, как девушка ждала жениха.