Книга Три Ножа и Проклятый принц, страница 54 – Екатерина Ферез

Принц подошел к воде и произнес:

— Великая Велинеж, я Ремуш Саркани, мои помыслы чисты, как твои воды. Прошу, позаботься обо мне.

Юри нахмурилась, но ничего не сказала. Принц поклонился трижды, и обратившись к Речному богу, как полагается, расстался с отстриженной прядью. Темные волосы мгновенно исчезли в воде, стоило ему разжать пальцы.

— Три Ножа, почему ты недовольна, – спросил он, оглянувшись – Что-то не так?

— Надо было назвать свое настоящее имя, – ответила Юри, – Даже не знаю, как теперь быть то…

— Ремуш Саркани мое настоящее имя.

— Как так-то? – воскликнула Юри.

— Вот это да, – удивилась Маришка, – Уверена, это добрый знак!

— Никогда не слышала, чтобы у лари были такие же имена как у нас на Исле, – недоверчиво буркнула Юри.

— Думаю, ты много о чем еще никогда не слышала, Три Ножа, – ответил Ремуш, – Мое полное имя – тайна, и я надеюсь, вы обе сможете ее сохранить.

— Да кто ж нам поверит, так-то… – проворчала Юри, – Скажи еще, что королеву Ю на самом деле зовут Юлька!

— Полное имя королевы Ю – Юрилла, что значит быстрый весенний ручей. Так называют девочек, родившихся весной.

* * *

Впервые с начала августа небо плотно затянуло облаками. В спину дул легкий прохладный ветерок, на пару с течением помогавший Юри толкать лодку вперед. Ремуш сидел на носу, развалившись, как сытый кот, и с интересом глядел по сторонам. Маришка устроилась на корме и, стоило им отплыть, задремала.

На Реке было удивительно тихо. За несколько часов они не встретили ни одной лодки. Такое затишье не могло не радовать, ведь не пришлось ни с кем здороваться и, не дай бог Речной, объясняться. С другой же стороны такое непривычное безлюдье на Реке вселяло тревогу. В какой-то момент Юри даже подумала, а не пойти ли прямо по судоходному пути до заставы, не сворачивая в проток. Но не решилась действовать столь дерзко. К тому же на Безлюдном острове есть стоянка ее клана. Если она пуста, то нет места лучше, чтобы заночевать. А если там будет кто-то из своих, то получиться разузнать, как обстоят дела на заставе. Потому Юри направила лодку в проток, прижимаясь ближе к берегу и уклоняясь от быстрого течения.

— Мы здесь причалим? – спросил принц.

— Нет, я просто карту гляну, тут течения злые и много ключей, – ответила Юри, подняла весла и порывшись в мешке извлекла добытую у Гароша карту.

— Ого! – она аж присвистнула, поняв, что в руках у нее не просто какая-то обычная карта Реки, а целая карта Ислы. Юри в жизни не видела ничего подобного. Карта была огромная, собранная из нескольких частей. Нарисована разноцветными чернилами, с пометками, смысл которых Юри не до конца понимала. Она нашла тот лист, на котором был обозначен правый проток, прозванный Буйным. Поверх основной карты были сделаны пометки, скорее всего рукой Гароша, обозначавшие опасные места и стоянки. Разобравшись с насущной проблемой, Юри внимательнее разглядела карту. На углах стояли небольшие печати, одну она опознала – Робуши, главный навигатор.

— Что это за карта? – спросил принц и протянул руку, – Дай мне.

— Вот еще, – ответила Юри, пряча карту за пазуху, – Не дам.

Берега Буйного протока густо заросли камышом и ивняком, за которым стеной стоял смешанный неуютный лес. Нежборцы его не жаловали, во многом потому, что он был почти непролазный, заваленный валежником и буреломом. Но подлинная причина, скорее всего, заключалась в том, что слишком часто там можно было наткнуться на каменных истуканов с грозными черными лицами, будто оплавленными потусторонним лютым пламенем. Поговаривали, что истуканы ходят по лесу, словно живые, и оказываются вдруг в самых неожиданных местах. Их в шутку прозвали головешки, но лишь потому, что смешным прозвищем пытались отогнать суеверный ужас, крепко хватавший за горло всякого, кому довелось встретиться с черным истуканом взглядом.