Книга Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии, страница 7 – Елена Помазуева

Демон выдал деньги на проживание, а я долго и мучительно думала, стоит ли принимать, а потом решила согласиться. В конце концов Одинцов прав. На мне одна пара белья, не говоря о сменной одежде. В конце концов платят за работу, а подарок дают. Поэтому, когда Демон деньги протянул, взяла спокойно и убрала в карман.

— Спасибо, Рит, — совершенно серьезно сказал он без тени улыбки.

О, как его невеста зацепила. Сто тысяч не пожалел на меня. А кстати, он всем будет платить?

В кабинете Одинцов выдал ключи от комнаты в жилом корпусе на задворках. Отлично понимала его желание пореже встречаться. Весело шагая по коридору, не сразу обратила внимание на одну странность. Мыши не прятались при моем появлении. Я не испытываю перед ними страха. Умею с ними бороться магией и хозяйственными средствами. Но дверь под номером «три», от которой получила ключи, сильно заинтриговала.

Замок отсутствовал, потому нужда в ключах отпала. Изгвазданная ручка двери не вызывала желания прикоснуться. Пнув дверь посильнее, с удивлением пронаблюдала ее стремительный полет в комнату и обратно. С четким щелчком дверной замок закрылся изнутри. Чудненько, просто весело!

Просунув в очень широкую щель толстый ключ, скинула допотопный крючок с петли. Аккуратнее открыв дверь, прошла внутрь.

О ремонте в комнате не вспоминали со времени строительства академии. Половина пространства завалена чучелами, побитыми молью и студентами в неудачных опытах. Может, если прилечь на них будет мягко, но мне виделась хотя бы кровать.

Развернувшись, с гордым видом вышла из комнаты, выданной мне для проживания, и направилась обратно в кабинет к Одинцову. Кажется, выкини меня из сапрона с завязанными глазами и скажи: «Иди в кабинет ректора», я бы пришла прямым ходом, потому что все мои дороги в АОМ вели именно к нему.

— Мирослав Владимирович! — возмущенно начала обличительную речь, — это что за комната? Ремонта нет, ладно. Приятно, что мыши не боятся человека, хоть кто-то мне доверяет. Но чучела вместо кровати это перебор!

— В каком смысле чучела? — оторопел от моего натиска ректор.

Обычно я оправдываюсь, а не он.

— Пойдемте. Посмотрите, — сделала пригласительный жест рукой, — иначе обвините в порче ваших чучел. В смысле не ваших, а Академии, — поправилась за двусмысленность сказанного.

Одинцов резво поднялся, несмотря на возраст. Мне он всегда представлялся старым, потому что ректор ходил степенно, никогда не торопился. А сейчас проявил прыть, и я невольно задумалась о его годах.

Сколько ему? С интересом присмотрелась. Вот кольцо созревания, дальше кольцо потери невинности. Фыркнула, увидев подробности. Оказывается, наш ректор пользуется спросом у женщин. Куча отметин на нем. Видать темпераментный мужик, если любовницы ему ярлычки вешают, чтобы приманить еще раз. Тряхнула головой, сейчас не об этом! С сексуальной жизнью разобрались, а что с физиологическим возрастом? Ой, как интересно! Он на десять лет меня старше! А казался солидным дядечкой. Невольно разулыбалась ему в спину.

— Старикова, прекратите меня сканировать! — раздраженно произнес Одинцов.

Заметил. Я тихо ойкнула.

— И прекратите обо мне думать! — снова приказал объект моих исследований.

— Да не думаю я о вас! — привычно соврала.

Одинцов резко остановился, я, не ожидая с его стороны подлянки, впечаталась в широкую спину мужчины.