Книга Боярыня Марфа, страница 9 – Арина Теплова

— Отпирай быстрее, некогда мне! — рявкнул мужской голос.

Охранник быстро распахнул тяжелую решетку, служившей дверью в мою камеру. Вошли двое. Один, похожий на важного господина, в невысокой шапке, с длинной бородой и синем кафтане, а второй — вылитый стрелец, в светло-зеленом кафтане с оружием на боку.

— Марфа Адашева, я пришёл говорить с тобой, — хрипло заявил мужчина в синем облачении.

— Сколько мне ещё сидеть здесь? — спросила я тревожно, проворно поднимаясь с мешка с соломой.

Мужчина средних лет окинул меня мрачным взглядом и ответил:

— Это будет зависеть от твоих слов. Ты подумала, боярыня? Готова сказать всё, что знаешь про мужа своего, Федора? Где он схоронился?

После этих слов я поняла, что моего мужа так и не нашли, и это было очень плохо. Может быть, если бы Адашева поймали, то отпустили бы меня? Конечно, думать так было нехорошо, но я ведь не была настоящей женой боярина, а попала в тело Марфы только вчера. И почему я должна была страдать за неё или даже за него? А ещё в доме наверняка плакали без меня Наташа и Андрей. Хоть бы узнать, что с ними теперь.

— Я готова сказать, но только я ничего не знаю, — ответила я. — Что с моими детьми, вы знаете?

Мужчина не ответил на мой вопрос и недовольно произнес:

— Продолжаешь упорствовать?

— Я правда ничего не знаю. Могу и поклясться, и царю вашему о том сказать.

Я готова была поклясться в чём угодно, только бы меня выпустили из этого жуткого места, которое нельзя было даже назвать тюрьмой. Какая-то мокрая, грязная крысиная нора, где холодно и жутко до зубного скрежета.

— Твой муж, боярин, обвинен в царской измене. Ты знаешь, что это значит? — продолжал мужчина недовольно.

На его лице не двигался ни один мускул, кроме губ.

— Не совсем.

— А то значит, Марфа, что если царь не помилует его, то казнят не только его, но и весь его род и семейство.

Я судорожно сглотнула. А мужчина продолжал:

— Но если откроешь где он, то царь помилует тебя и твоих детей.

Его слова вызвали у меня нервную дрожь по всему телу.

Зачем старуха-цыганка отправила меня сюда, для какого-то исправления «греха» предков, если меня вот-вот казнят? И что насчет Андрюши и Наташи, детей боярина? Их что тоже убьют?

Я похолодела.

Может, всё же рассказать всё как есть? Но если скажу, что Адашев умер, они потребуют предъявить его тело, а я не знала, где оно. Так что ничего это не даст.

— Но в чем мой муж виновен? Я могу узнать? — осторожно спросила я, подумав о том, что, может быть, смогу как-то объяснить им ситуацию и почему мой муж так поступил.

Все равно надо было что-то делать. Хотя бы попытаться.

— Можешь, боярыня. Он со своими дружками боярами новгородскими зло великое замышлял. Подписали они грамоту, где присягали на верность польскому королю Сигизмунду и в верности ему клялись. В той грамоте обещали полякам помочь захватить земли Московского княжества до самого Варяжского моря. А за то должны были получить богатые земельные наделы от польского короля.

Кошмар!

За такое предательство я бы на месте царя тоже была бы в ярости. Раздать земли полякам — это даже не знаю, как называется. Неудивительно, что моего мужа искали, чтобы казнить.