Книга Скрывая себя, страница 63 – Мария Клепикова

— Так вот, это её особая страсть. Ну, так я к чему это: свою депрессию она снимала, отрабатывая на нас с Герычем удары. В какой-то степени мы ей за это благодарны, тоже пошли в секции — стыдно было быть слабее девчонки. Да и мой отец поспособствовал — он у меня военный. Короче, всё детство прошло в синяках и ссадинах.

Никита взъерошил и без того лохматые волосы и усмехнулся.

— Но вот во всей «красе» Ира себя показала, когда Егор вернулся. Ох, как она сжала кулаки, как только заметила его фигуру. Егор, конечно, стал сильнее за годы и окреп, но его всё равно ни с кем не перепутаешь. Короче, ещё то представление было — мы думали, она порвёт его, как Тузик грелку. А через неделю они сообщают, что женятся — прикинь, в каком шоке мы были! Ну и по всем правилам, через девять месяцев на свет появилась Вероника.

«А Герман?» — написала я на мокром песке, хоть в темноте и было плохо видно, но думаю Никита больше догадался, чем разглядел.

— О-о, это целая история. Даша младше нас на год. Это началось в старшей школе. Мы тогда ездили учиться уже в город. Сам знаешь, обычно на тех, кто младше внимания не обращаешь, если только не на подшефных. Но вот только Дашку невозможно было не заметить — она как тень всегда следовала за Германом. Короче, влюбилась по уши. Он поначалу бесился, а потом решил просто игнорировать. Да-а, сколько слёз она из-за него пролила. Каких только ей прозвищ не давали, но девчонка не отступилась. Даша даже за ним в медицинский подалась, лишь бы быть рядом! Потом у них практика совпала. Уж не знаю, что там за практика, но после неё сердце Герыча растаяло, и они начали встречаться, а позже поженились. Ну, а Максиму ты сам помог… Может и мне невесту сыщешь?

Я посмотрела на Никиту с таким видом: «издеваешься что ли?»

— Да шучу я, шучу… Если честно, мне последнее время снится одна девушка. Толком её я не видел, только образ, но странное ощущение, что она — моя… Тупо, наверное, никогда подобной хренью не страдал.

Мы сидели на брёвнышке. Я уже изрядно замёрзла, и, даже укутавшись в плед, крупно дрожала. А Никите всё нипочём — он расслабленно сидел, положив руки на разведённые колени.

— Ну, ты и мерзляк. Я-то думал, землетрясение началось, а это ты трясёшься, — заметил он мою дрожь. — Пошли уже, а то в сосульку превратишься.

Парень по-дружески положил руку мне на плечо, а я прямо замлела — она была такая горячая, что даже через одежду спасительное тепло коснулось меня. Пусть этот жест для него ничего и не значил, но для меня это было счастьем. Я прикрыла глаза — так хотелось прижаться, но нельзя. Эх.

Оставшуюся часть пути, мы прошли быстро — всё-таки уже глубокая ночь. Да, заболтались, хотя было приятно поговорить вот так спокойно, тет-а-тет. Усталость своё взяла, и я быстро отдалась во власть Морфея, уткнувшись носом в плед. Может я и извращенка, но мне нравился запах Никиты, сохранившийся на нём.

— Мама, можно я мультики посмотрю на мансарде?

Захар, довольный разрешением матери с шумом вбежал по лестнице и плюхнулся прямо на спящую меня, хотя от такого топота немного уже проснулась, но не окончательно. Мальчик бесцеремонно залез ко мне под одеяло и включил видео. Я ещё немного полежала, но ёрзающий малец не давал понежиться — пришлось вставать.