Книга Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2, страница 47 – Мария Клепикова

Коротко и ясно. А что ясно собственно?

Я с ужасом сообразила, что только что советовалась с Ветроградовым! И более того, он оставил за собой последнее слово.

И зачем я всё это сделала? Надо было назвать дочку без него, а теперь придётся ждать. А что если придумает ей какое-нибудь дурацкое имя? Я вновь перечитала его сообщение: «назовём». А, значит всё же вместе. Уже неплохо. Но почему он не может вернуться?

Меня прямо в озноб бросило от посетившей мысли: он же «отмечать» будет рождение дочки… В кругу своих шлюх.

Я слышала одну из таких историй, рассказанную моей сокурсницей о том, как она «праздновала» в постели со своим другом рождение его ребёнка — чужим мужем. Причём меня поразила лёгкость её откровения, как будто кофе с ним попила. А я в ужасе думала: неужели не боится, что в своё время её будущий муж также будет «отмечать» рождение её ребёнка?

Помню, тогда не в силах была больше с ней общаться — ощущение, что в нечистотах извалялась — и быстро распрощалась, сославшись на срочные несуществующие дела. И вот я сама оказалась на месте той, чужой преданной жены.

Отчего-то так больно стало на душе, так обидно за себя. Я никогда не смогу принять современный мир, в котором свободные отношения — это норма, где измены — тоже норма, где понятие ответственности не существует.

Я не хочу быть современной. Пусть лучше буду выглядеть в глазах других старомодной, но измена — это предательство, как ни крути. Это мерзко. Грязно. Порочно.

Одинокая слеза скатилась по щеке, но я тут же нервно смахнула её. О чём я думаю? Ветроградов мне никто. Никто, никто. Рождение общего ребёнка для него ничего не значит, и, разумеется, он не будет хранить чистоту брака, тем более вынужденного.

Вскипятив чайник, я поднялась с ним в ванную, подготовила ванночку для купания и заполнила её водой с заранее заваренной травой. То, что градусник мы уже купили, я не стала говорить врачу — она просто сказала то, что нужно было.

— Дед Андрей, пойдём купать.

— Пошли.

Я раздела дочку и, прижав к себе, пошла в ванную комнату, но прежде, чем погрузить её дед Андрей меня остановил:

— Погоди, заверни её в пелёнку. Деток лучше постепенно раскрывать, чтобы они не пугались. Сначала ручки, потом ножки, потом всё остальное.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивилась я, но спорить не стала, доверившись его опыту.

— Так на моих руках Коля и Кирилл выросли, да и племянников, пусть и неродных, много нянчил. Давай, опускай потихоньку.

Дед Андрей в самом начале поддерживал головку и спинку правнучки, пока я бережно омывала её тельце, но потом перестал — снимать на видео и помогать купать было не очень удобно, а с другой стороны, я налила немного воды, чтобы дочка случайно не хлебнула. Она же с интересом смотрела по сторонам и иногда резко дёргала ручками, забрызгивая личико. Я осторожно умыла её и продолжила купать дальше.

В целом, эта процедура заняла у нас немного времени — больше собирались и готовились. Завернув дочку в полотенце, я укутала её с головой, но сразу переодевать не стала, а положила в кроватку и накрыла байковым одеялом.

К этому времени она уже крепко спала. Да и нам с дедом Андреем неплохо отдохнуть. Но перед сном мы решили попить чая на кухне.

— А ты заметил, как она улыбнулась? — спросила я, присаживаясь напротив.