Книга Вавилонский бурелом, страница 30 – Елизавета Берестова

— Даже не представляешь, до какой степени понимаю, — усмехнулась женщина за обширным столом, — понимаю настолько, что уверена в наличии татуировок на руках. Посему посоветовала бы твоему двоюродному брату и впредь не пренебрегать длинными рукавами да очки, что ли пробрести. Но к делу, у меня в два часа педсовет. Евдокимовский лес, естественно, просто не мог избежать моего внимания. В позапрошлом году Николаева Женя даже на конференцию в Саратов с докладом о легендах этой деревни ездила. Второе место по региону взяла. Какой именно аспект легенд вас интересует?

— Легенды о леших и прочей лесной нечисти.

— Есть такие, как же. Чтобы не утомлять вас ненужными поисками в городской библиотеке и краеведческом музее, где хранятся труды нашего знаменитого земляка, — и, перехватив удивлённый взгляд Американца, объяснила, — я говорю о этнографе-любителе Данилове Александре Николаевиче. Был в нашем уезде такой замечательный человек, объездил всю округу, наблюдал, записывал, собирал по крупицам информацию. Даже словарь диалектизмов составил. Имеется у него и отдельный труд о легендах и сказаниях Междуреченской земли.

— Да, я помню, — радостно воскликнула чародейка, — сама Сороке-воровке, бросившей птенцов, доклад писала. В седьмом классе, кажется. Это о том, откуда у нас название реки взялось.

— Так вод, Данилов Евдокимовкским легендам особое внимание уделил, проследил связи с уральскими сказами и быличками северных губерний, — она поглядела на часы, и перешла к делу, — есть там рассказы о лешем, только леший этот в отличие от других мест, зол и проказлив. Данилов предположил, что в лесу обитало скорее Лихо, которое крестьяне по незнанию причислили к лешим. Появилась эта нечисть не так уж давно. Во времена Пугачёвского бунта, остатки мужиков бежали с Волги в леса, в частности, в Евдокимовку. И никаких упоминаний о злодеяниях лесных духов тогда не встречается. Солдаты, отлавливавшие по лесу разбойников тоже ни о чём подобном не докладывали. Так что, Аринушка, мы с Женей Николаевой сделали вывод, что там налицо непонимание и подмена одного существа другим. Хотя рассказы о большом, в несколько человеческих ростов, существе имеются в обращениях к помещику Евдокимову в конце девятнадцатого века. Жители деревни просили снарядить охоту на «чёрта из болота», который крадёт коров.

— Спасибо, — поблагодарила Рина, — вы нам очень помогли.

— Было бы за что! – улыбнулась директор, — но ты, если на счёт преподавания передумаешь, милости прошу в родные пенаты. Удачи вам.

— Откуда она догадалась? – вскинулся Фёдор, как только они вышли на улицу, — вот ведь глазастая тётка! У меня ж и причёска другая, и одежда. Я чуть со стула от неожиданности свалился.

— Да, Алла Сергеевна у нас такая, — подтвердила Арина, — от неё бесполезно было прятать и шпаргалки, и сигареты, и телефон. Не хочешь съесть пирожок? Здесь неподалёку в пекарне отличные пирожки делают, даже с крольчатиной и грибами.

От пирожка Фёдор, естественно, не отказался, и они неспеша двинулись вниз по пешеходной улице, круто сбегавшей с холма и позволявшей любоваться далёкими полями и верхушками леса, с юга подступающего вплотную к городу. Под тентом уличного суши-бара Арина увидела Анатолия Томасовича. Бывший преподаватель приветливо махнул рукой с палочками. С ним за столиком сидела женщина в больших солнцезащитных очках, показавшаяся смутно знакомой чародейке. Она отвернулась и полезла в сумочку.