Книга Смертельная Шпилька, страница 91 – Елизавета Берестова

С некоторой неловкостью, вызванной волнением от присутствия высоких персон, слуга сгрузил приборы на стол и удалился.

— Ну что ж, — проговорил король, — раз уж вы озаботились напоить нас кофе, то давайте не откладывать сие занятие, — он сделал приглашающий жест, — а то, вижу невеста Дубового клана совсем приуныла. Что, леди Эрика, не привыкли пока что к бессонным ночам? Видимо наш кузен не особо ревностно пользуется Древесным правом, — он засмеялся собственной шутке.

Чародейка же устала настолько, что у неё не было сил даже на суровый взгляд, каким она непременно одаривала всякого, осмелившегося пошутить на эту скользкую тему. Она просто взяла чашку с дымящимся напитком и сделала глоток.

— В Кленовом дворце варят особенный кофе, — решил разрядить обстановку сэр Гевин, — с корицей и кардамоном, крепкий, горький и чрезвычайно бодрящий. Не стесняйтесь, дорогая, возьмите сливок и не оставляйте без внимания любимые шоколадные печенья леди Камирэ.

Рика с благодарностью кивнула и взяла с тарелки шоколадную лисью мордочку. Вилохэд тем временем демонстрировал статью в «Еженедельных ведомостях Школы Серого камня» и рассказывал о резонах леди Давины Буна отправить главу Букового клана в мир иной. Видимо, чародейка недооценила значение противоестественных склонностей Эйсы, на его величество информация произвела шоковое впечатление. Он вышел из себя и принялся рассуждать о падении нравов, обещая эдикт c самыми суровыми карами для распустившейся древесно-рождённой молодёжи. Рика была благодарна Вилу, что он взял на себя роль рассказчика, пока она могла передохнуть и как следует насладиться странным, но удивительно вкусным и терпким кофе. Вторая лисья мордочка буквально развалилась в пальцах, столь хрупким было шоколадное печенье с розовой глазурью и ореховой крошкой. Девушка подивилась невольно искусству повара, создавшего сей маленький шедевр, а потом ей в голову пришла интересная мысль.

— Господа, — произнесла она, всё ещё сжимая в руке разломанное печенье, — кажется, я придумала, как нам заставить убийцу-чародея проявить себя.

Взгляды трёх пар глаз обратились на неё. Рика положила обломки печенья и аккуратно вытерла салфеткой ладонь.

— Сначала я расскажу вам, каким образом в прежние времена выявляли вора на южных островах Артанского моря, — проговорила она, в душе кляня себя за то, что уподобляется Вилу и начинает издалека. Однако, скажи она, что хочет спровоцировать неучтённого чародея с помощью шоколадного печенья, никто бы ничего не понял, — всё племя вставало в один ряд, и шаман давал первому человеку «зачарованное яйцо», которое непременно должно было лопнуть в руках вора.

— И что? — не понял король.

— Яйцо передавали из рук в руки, пока очередь не доходила до вора. В его руках яйцо, естественно, лопалось, и преступник был обнаружен.

— Вы можете зачаровать яйцо? — с интересом спросил отец Вила.

— Нам этого не потребуется, — ответила чародейка, — шаман вовсе не зачаровывал яйцо. Шаманизм и магия требуют абсолютно разных способностей. Яйцо в ритуале использовалось самое обыкновенное, разве что свежеснесённое. Расчёт делался на человеческую психологию: вор, веря в волшебную природу объекта, попавшего ему в руки, сам раздавливал от волнения яйцо и с головой выдавал себя.